Любители варенья

Раздосадованный Крюкин свернул на улицу Багратионовскую и увидел троих алкашей, а с ними бабу. Те уже шатались, но бурно спорили, кому бежать за водкой. Он остановился и весело спросил:

– Какие проблемы, мужики?

– О, мужик, выпьешь с нами? – обрадовался ему, как родному, один из них – чернявый, с широкими скулами и тоненькой ниточкой усов под здоровым шнобелем.

– А есть что хлебнуть? – спросил Крюкин, а сам уже устремил жадный взор на бабу. Так бы он ни за что не остановился с алкашами, поскольку сам был трезв, как стеклышко.

Но баба, еще не совсем пьяная, пялилась на него и даже улыбалась поощряюще. Первая за весь этот неудачный в смысле женского внимания день.

– Пока нету, все уже выпили, но может, ты поставишь? А то у нас только на одну наскреблось, – с мольбой в голосе проговорил второй – белобрысый молодой парень с налитыми кровью глазами. Небось уже давно квасит – подумал про него Крюкин.

– Деньги есть – Уфа гуляем, денег нет – Чишмы сидим… – пошутил он.

– Чего? – не поняли мужики.

– Подкол… Лады, ставлю. Ща принесу, – пообещал Крюкин и вернулся на уголок, где только что видел бабок с бутылками в хозяйственных сумках, которые они поставили прямо на асфальт. Там он уже не скупился – купил у какой-то бабки пять бутылок водки, наверняка самопальной, потому что взяла недорого, и вернулся к взволнованной предстоящим пиршеством компании.

– А пить где будем? На улице, что ли? – спросил у оживившихся алкашей.

– Зачем на улице? У нас хата имеется, – горделиво приосанился чернявый.

Хатой оказался заброшенный сарай в глубине двора, куда они всей гурьбой и направились. Давненько здесь никто не жил. Остатки дома растаскали по бревнышкам, а сарай остался за ненадобностью. Сколоченный кое-как в древние времена, покосившийся и почерневший от старости, он даже вызвал опасения у Крюкина.

– Не завалится?

– Да мы здесь всегда отдыхаем. Он еще сто лет простоит, – пообещал белобрысый. Чернявый и еще один мужичонка, весь какой-то неказистый, корявый, только рассмеялись, любовно поглядывая на водку.

Четвертый мужик оказался немым, только мычал что-то да руками размахивал. А бабенка повеселела, волосенки свои пригладила, зажмурилась довольно и скромненько села в уголок. Немой достал из кармана стопочку пластиковых стаканчиков многоразового использования, как заметил Крюкин, и раздал жаждущим товарищам. Крюкин наделил всех и терпеливо дожидался, кто отвалится первым.