Всё становится на места

— И мы хотим изумруд! И мы хотим серебра! — галдят малыши и тянут лапки к Гилберту. Он прикрывает уши прядями волос и недовольно глядит на меня.

— А я хочу, — тянет меня за рукав ещё один рыжий кроха, — взять в пещере камушек для Теодора. Чтобы он носил его с собой и всегда мог на него смотреть и радоваться.

— Это добрый поступок, — хвалю его я. — Ты умница, что думаешь не о себе, а о другом человеке, и хочешь его порадовать. Но добыть камень нелегко. Видишь, какие там крутые стены? Спуститься можно только на верёвке, а ещё нужны какие-то инструменты, чтобы отбить осколок.

Вот вырастешь, станешь сильным, и тогда без труда достанешь камень. Или можешь попросить взрослых, чтобы они тебе помогли.

— Не-е, я сам хочу, — говорит малыш и утирает нос.

Затем, к счастью, все соглашаются, что нам пора домой, и обратный путь проходит без происшествий. На пороге дома нас встречает Ика, которая притворно хмурится и суровым голосом отправляет всех вымыть руки.

— Я вот что хотел сказать, — задерживает меня Гилберт, чтобы мы немного отстали от остальных.

— Ты пока не упоминай Марлина, хорошо?

— Хорошо, — соглашаюсь я, — но почему?

— Да мы утром собирали ягоды, и дёрнул меня кто-то за язык рассказать о колдуне, который присматривает за Теодором. Брадан так разъярился, что был готов прямо сейчас отправиться в Город, найти этого колдуна и поколотить. А ты ведь понимаешь, ничем хорошим бы это не кончилось — наш приятель не только не помог бы Теодору, но и сам бы угодил в беду.

Мы едва его успокоили, и думаю, о Городе сейчас лучше не упоминать, хотя бы не при Брадане. Если верить местным, Теодор довольно часто их навещает, вот дождёмся и поговорим с ним обо всём. Выслушаем и его сторону этой истории. Может, всё вовсе и не так плохо выглядит, как нам показалось.

— Но ведь Марлин сам признался, что запирает Теодора в башне на тысячу замков, — говорю я.

— А ещё сказал, что Теодора там не было на момент, когда мы были в доме. И местные говорят, что он гостит у них по три дня и примерно столько же проводит в Городе.

Это значит, что Теодор довольно часто разгуливает туда-сюда, будучи свободным. Но самое обидное, что он тоже был в лесу в тот самый день, когда мы сюда пришли, а мы с ним разминулись.

— Да, досадно, — соглашаюсь я. — Но он наверняка скоро придёт, Ика в этом уверена. Мы с ней утром поговорили о Теодоре. Удивительно, как его здесь все любят — а в Городе, наоборот, считают бесполезным.