Всё становится на места

— А если зима будет тёплая?

— Нико!!! — раздаётся дружный хор голосов, я даже вздрагиваю. В этот раз, похоже, к ним присоединился и Гилберт.

— Текст не обязательно понимать буквально! — цедит он сквозь зубы. — В любом случае, пройдут три года. Я прошу...

— Ладно, ладно, я понял, не перебивать.

— До поры...

— Буду сидеть молча в уголке.

— До поры...

— Трубку покурю. Что? Молчу, молчу.

— Нико!!!

— До поры, как пройдут три лета и три раза родятся льды...

Голос звучит мягко, сплетаясь с шумом волн.

— И весеннего пена цвета трижды выплеснется в сады.

..

Слышится кашель, до меня доносится запах дыма — похоже, кто-то закуривает.

— И по водам ночного неба тридцать раз проплывёт луна...

Дым щекочет ноздри, ох, только бы не чихнуть.

— Тех, кто избран, скуют не цепи, а стальные объятья сна...

Сна? И то хорошо, я уж думал, готовится убийство.

— Спящих пусть ничего не ранит и ничто не чинит им вред,

И пускай не хранит их память сны потерянных этих лет, — звучат заключительные слова.

Даже если никто и не умрёт, я всё равно не одобряю подобного.

Годы, вычеркнутые из жизни! Не очень-то справедливо так поступать с людьми.Но как, интересно, работает заклинание? Что, если я сейчас усну на этом месте? Я принимаюсь себя щипать и на всякий случай стараюсь моргать пореже.

— Ха, не сработало! — слышу я насмешливый голос Нико.

— Для этого нужно принять то, что в кубке, — поясняет Гилберт. — Нико, постой!

Раздаётся какой-то шум, затем глухой стук падения тяжёлого предмета.

— Я подхватил, — радостно сообщает Брадан.

— Не пролилось... и работает!

— Нико, вот осёл... — капитан тяжело вздыхает.

— Я могу разбудить его, — предлагает Гилберт.

— Не нужно, — после недолгого раздумья отвечает капитан. — Хоть он и мой сын, но лучше пусть остаётся на берегу. Переоценил я его.

— А с этим что? — спрашивает Брадан.

— А это нужно влить матросам в пойло. Справишься?

Тут я понимаю, что Брадан вскоре выйдет из каюты, так что мне к тому времени лучше быть на своём месте. Пригибаясь, я спешу под укрытие мачты и дальше, к лестнице на нижние палубы.

Глава 7. Где же правда в жизни? Нет её совсем

— Где тебя носило, плесень ты морковная? — первым делом набрасывается на меня Симус. — Я кому говорил внизу сидеть?

— Так я и сидел, — оправдываюсь я. — Да вот живот что-то прихватило, в отхожем месте долго провозился...

— Двое туда ходили и тебя что-то не видели!

— Так это, может, я в трюме был. Мне показалось, крысу заметил, хотел схватить.