Не такие уж и далекие земли

Иногда я думаю, что это всё твое влияние....

Едва он вышел в коридор, как его встретил улыбающийся сэр Робек.

— Ну что, отплываешь?

— Угу.

— Тогда пошли за мной. Хорошо, что ты согласился. Теперь у его величества явно поднимется настроение.

— С чего бы это? — изумился герой.

— Как это с чего? Он, знаешь ли, переживал за всю эту ситуацию. Нужно решать вопрос с этим мирным договором. А кого еще отправлять, если не принца. Так ведь?

— Наверное...

— Но сам-то парень ничего не решит. Значит, нужно кого-то с ним отправить, — рассуждал сэр Робек, шагая по коридорам, — из рыцарей никого не пошлешь — дело-то особое.

Еще войну устроят. А сегодня с утра его величество вдруг осенило — сразу про тебя вспомнил.

— То есть, — приостановился Кигус, — я самый подходящий человек, для того, чтобы помочь принцу заключить этот мирный договор? Серьезно?

— Ага, — усмехнулся в усы рыцарь, — эти варвары ценят силу и героев. И ты как раз из них. Плюс, если ты будешь говорить вместо этого Миртуса, то никто ничего не скажет.

Ты ведь герой, а не какой-то там лорд. Совсем ведь другой уровень, а?

— Возможно, — пробормотал герой. Странное было дело. Сначала его буквально прижали к стенке, а теперь вдруг он стал действительно важным человеком.

Тем временем они вновь вышли на дворцовую площадь. Здесь стояла карета запряженная парой лошадей. Сэр Робек залез внутрь и поманил за собой Кигуса. Тому ничего не оставалось, кроме как забраться внутрь. Едва он сел, как карета тут же сорвалась с места, застучав колесами по мостовой.

— Я тебе больше скажу, — продолжал рассказывать «правая рука короля», — корабль должен был отплывать с самого утра. А когда король вспомнил про тебя, то приказал задержать судно.

— И все ради меня? — изумился герой.

— А то. Как по мне, твое участие обрекает всё это дело на успех.

Кигус промолчал. Он смотрел на пролетающие за окном кареты дома. По широкой дороге они спустились вниз, в город. А там уже свернули на проспект, что вел к докам.

Там, над водной гладью возвышались мачты кораблей.

Сэр Робек замолчал и тоже устремил свой взгляд в окно. Как только поток слов перестал обрушиваться на его несчастную голову, колесики в голове Кигуса закрутились. И пока карета катилась к пирсу, он вдруг понял, что всё это один большой план. Королю нужно было только его согласие, а лысый усач пытался воодушевить его, чтобы сам герой своим унылым видом ничего не испортил.

Наконец, карета остановилась.