Шпага и кнут

Образы, проявившиеся в воде, вдруг померкли и тина вновь затянула поверхность.

— Эй, это что такое?! — возмущенно воскликнула Лионелла и схватила чародея за плечо. — Немедленно верни назад! Я еще не все рассмотрела!

— Заклинание не вечно, — отозвался Мирингельм. — Но если у вас есть еще что-нибудь из вещей принца...

— Я что, целый сундук с его барахлом должна была притащить?! — совсем разозлилась цыганка.

Катарина хихикнула и язвительно произнесла:

— Я так понимаю, что время мы, все-таки, зря потратили.

— Это ты ничего там не увидела, — злорадно отозвалась Лионелла. — А я-то теперь знаю, где искать принца. Уж не знаю, как ты самостоятельно его отыщешь?

— Что, и мне не скажешь? — опешила Катарина.

Теперь хихикнула Лионелла. Катарина нахмурилась, уязвленная явным превосходством соперницы.

— Так вот и пойдешь одна, пешком? — попробовала Катарина намекнуть на необходимость своего участия в поисках принца.

— Это только с тобой, курносая, постоянно что-нибудь случается. А пешком я не пойду. Сейчас мой новый друг наколдует мне какую-нибудь лошадь. Так ведь? — она взглянула на Мирингельма. — Хотя нет, не надо лошадь. Давай кого-нибудь с крыльями. Только чтоб меня выдержал.

Мирингельм оживился, словно уже не первый год ждал случая проявить свой магический талант. Радостно потирая руки, он заверил Лионеллу:

— Сейчас я сотворю вам сказочную птицу, которая домчит вас на край света! Только надо жезл взять!

С этими словами он, неуклюже переваливаясь, побежал к своей хижине.

Катарине не очень-то верилось в способности болотного мага, хоть он и явил уже одно небольшое чудо. Однако такое демонстративное пренебрежение к себе со стороны спутницы было просто оскорбительно. После всего, что было, ее просто бросают, как ненужную тряпку. Окажись Катарина в более выигрышном положении, она непременно поступила бы точно так же, даже не задумываясь, но чувствовать себя проигравшей было обидно и унизительно.

— И ты вот так вот просто меня бросишь? — спросила Катарина, пытаясь придать лицу жалобное выражение, а в голос подпустить слезу.

— А ты что, родственница мне, что ли?! — пренебрежительно фыркнула Лионелла.

— Я же тебя из трясины вытащила! — возмущенно напомнила Катарина.

— Я тебя тоже, так что мы квиты. Не пытайся меня разжалобить, подруга, я тебе все равно не поверю, ты же врушка.