Шпага и кнут

Раскисшая от ночного ливня дорога вывела путников к мосту. Гораздо раньше, чем увидеть, девушки услышали реку. Мутная вода бурлила и кружила водоворотами с громким журчанием и бормотанием на разные лады.

— Здесь всегда так бурно или только сегодня? — поинтересовалась Катарина.

— Раньше это была очень спокойная речка, — сообщил Мирингельм. — И мелководная.

— Наверное, от грозы вода поднялась, — предположила Лионелла.

Обуреваемая сомнениями цыганка осторожно попробовала ногой шаткий деревянный мостик, настил которого захлестывала бурая от глины вода.

— Не свалится он вместе с нами в воду? — поинтересовалась она.

— Давай его первым пустим, — предложила Катарина, кивнув на чародея. — Он это заслужил.

Мирингельм нисколько не возражал против такого решения. С обычной отстраненностью он шагнул на мостик и спокойно перешел на другую сторону, совершенно не обращая внимания на то, что хлипкая переправа ходит ходуном под его ногами. Похоже, болотный чародей вообще не умел бояться, ибо, в силу изрядной недалекости, даже не ведал, что такое страх.

Девушки переглянулись.

— Ну, пошли, — сказала Катарина и первой последовала за магом, держа в поводу своего ослика.

Лионелла повела страуса вслед за спутницей. Когда до противоположного берега оставалась всего пара шагов, страус неожиданно мотнул головой, то ли отряхиваясь, то ли пытаясь поймать на лету муху и этим хоть немного утолить собственный голод, видимо, совсем уже отчаявшись получить кормежку от двух несмышленых девчонок и нерадивого колдуна.

Обернувшись к своему пернатому голодному питомцу, цыганка поскользнулась, выпустила повод и через мгновение оказалась в мутной холодной воде. Лионелла взмахнула руками, на краткий миг показалась из воды и снова с головой ушла на глубину.

— Да она же плавать не умеет! — догадалась Катарина, наблюдая за бессмысленным барахтаньем спутницы.

Бросив свою шляпу чародею, девушка кинулась в воду. Впопыхах она даже забыла отстегнуть шпагу.

— В самом деле? — обескуражено пробормотал Мирингельм, глядя, как быстрое течение уносит прочь его юных спутниц.

Ответить ему уже было некому, лишь ослик пронзительно вскрикнул, провожая хозяйку взглядом.

Лионелла совершенно выбилась из сил, отчаянно шлепая по воде руками и пытаясь удержаться на поверхности. С каждой минутой это давалось все труднее, девушку неумолимо тянуло на дно, то и дело она непроизвольно заглатывала мутную речную воду, от которой песок скрипел на зубах.