Молчать, чтобы выжить

Сколько нужно?

Шлегель скосил на нее глаза и спросил:

– А кто твой ухажер?

– Он… – Татьяна запнулась. – Он крупный московский чиновник.

– В таком случае это тебе обойдется… – Бернд сделал паузу и резко докончил фразу: – В пятьдесят кусков.

– Долларов? – хриплым голосом уточнила Татьяна.

– Ну не тугриков же. У тебя есть такие деньги?

Видно было, что Татьяну слегка ошарашила объявленная сумма.

– А подешевле никак нельзя? – спросила она.

Шлегель усмехнулся и кивнул:

– Можно.

Можно вообще убрать его за бутылку водки. Охотники найдутся. Но в таком случае наслаждаться свободой ты будешь в тюремной камере.

– Типун тебе на язык! – недовольно поморщилась Татьяна. – Что ты каркаешь!

– Извини, – пожал волосатыми плечами немец. – Знаешь что, детка… налей-ка вина. Возможно, глоток бургундского поможет тебе решиться.

Однако, повнимательнее взглянув в глаза девушки, немец понял, что она давно уже на все решилась. Татьяна наполнила бокалы вином.

Они молча выпили.

– А теперь скажи мне настоящую причину, – сказал Бернд. – Из-за чего ты готова расстаться с пятьюдесятью кусками? Что он тебе сделал?

Таня молча сжала в руке бокал.

– Он собрался тебя бросить, не так ли? – прямо спросил Шлегель.

Лицо девушки побледнело.

– Эта сволочь пудрила мне мозги два года, – с невыразимой ненавистью проговорила она. – А теперь он решил жениться на дочери одного генерала из Министерства обороны.

– И потребовал, чтобы ты ему вернула все «подарки»?

– Да.

– Что именно он собирается от тебя получить? Только говори честно, как на духу. Я ведь легко могу проверить.

Губы Татьяны дрогнули.

– Однокомнатная квартира на Дмитровском шоссе… – тихо сказала она.

– Дальше! – потребовал немец.

– Машина… небольшой «мерседес»-кабриолет…

– Еще!

– И сто тысяч долларов.

– Это все?

Таня кивнула:

– Все. Мелочи типа золотых побрякушек его не интересуют.

 – Она вдруг крепко сжала кулак и потрясла им перед собой: – Сволочь! Скупердяй! Где это видано, чтобы мужик забирал у любимой женщины подарки?!

– Да, поступок некрасивый, – согласился Шлегель. – У тебя есть его фотография? – спросил Бернд.

– Да. Сейчас.

Татьяна поставила опустевший бокал на пол, соскользнула с кровати и, как была нагишом, направилась в гостиную за сумочкой. Бернд проводил ее взглядом и невольно облизнулся.