Побег без права пересдачи

«Подросток» — определила я, не торопясь выдыхать. Мало ли какие здесь маньяки водятся!

Молчание затягивалось. Нечто разглядывало меня, я — пути отступления и паутину. Паутина дергалась и не давала себя рассматривать. Наконец первой решилась прервать повисшую тишину я.

— А ты не подскажешь, как пройти к КАКе?

Нечто покачало головой и исчезло на чердаке, оставляя меня одну.

Тяжело вздохнув, я побрела вперед. Могла, конечно, и назад, но вперед было все же привычнее. Да и разницы-то никакой. Что в неизвестный вперед, что в загадочный назад… А желудок неумолимо напоминал о себе.

— Эй, ты куда?

Недовольный голос мохнатого заставил меня остановиться с занесенной ногой.

— Туда? — предположила я, указывая пальцем по ходу движения.

— Туда плохо, — покачал головой мохнатый.

Сейчас, вблизи, он уже не казался чудом-юдом. Так, слегка заросшим эмо-боем с челкой до подбородка, скрывающей все лицо. Жаль.

— А куда хорошо? — решила уточнить я.

— Туда.

Да уж, удивительное многословие.

— А сам ты откуда? — не могла не поинтересоваться, косясь в указанном направлении.

Вот что-то мне в нем не нравилось. Может, табличка с перечеркнутым черепом? Нет, верить в знаки — для слабаков, только под ложечкой противно засосало…

— Оттуда, — так же кратко ответил парень. — Ты нездешняя, — фыркнув, заключил он, когда я бочком прошла мимо указателя.

— А местные, они какие?

— Не ходят по заброшенным местам, — пожав плечами, ответил собеседник.

— А сам-то! — вознегодовала я.

— Я по делу, — заверил мохнатый.

— На дворцовую?

— Угу, есть такая. Большая мощеная площадка перед громадным зданием. В этом здании сидит толстяк, которого зовут король, а рядом стоит со вселенской скукой на лице тот, который наследник. А чуть дальше из-за спинки трона выглядывает нынешняя фаворитка принца, которая наклоняется и дергает коврик, когда слишком ретивая придворная дама демонстрирует наследнику свои прелести.

И так грустно он об этом говорил, что мне даже пожалеть захотелось бедного наследника.

Или даму. Ей же тяжелее всех! Ковер длинный, широкий и очень тяжелый. А ей его дергать. И все ради чего?! Лучше бы ночью зеленкой нарисовала ему прыщ. Или чай с чернилами дала. Зубы фиолетовые будут, но кто ж решится наследнику об этом сказать!

Кажется, последнее я произнесла вслух. Мохнатый замер, видимо, представил себе темнозубого принца, лыбящегося во все тридцать два черных, и усмехнулся.