Типа Мифы

Тем не менее, Эос, углядев стать нашего юного эфеба, темные кудряшки, мышцы на груди и, само собой, четкий эфебский зад, достойный резца Праксителя, топнула ножкой и возжелала.

Но Кефал, отдадим ему должное, оказался по первости хоть куда. Эос, что так, что эдак подгребая к пареньку, старалась зря. Все ухищрения вековечной юной красавицы, само собой включая подсмотренный у ливийцев танец живота, оказались зряшными. Кефал не желал идти налево, пусть порой и косился на прелести олимпийской прелестницы.

- Тьфу ты, пропасть! – сказала Эос и, жутко матюгаясь, решила зайти с другого конца.

- А ты слышал, милок, что твоя жёнка любит того-самого с собственным папашкой? – вопросила как-то ушлая богинька, свесив с облачка ножку и игриво ей подрагивая. – М?

- Врут всё, - ответил Кефал и, завидев зайца, отмахнулся от назвездевшей богини, - ложь, звездеж и провокация.

- Да что ж с тобой делать, а? – разозлилась Эос и решительно начала действовать с еще одного конца.

Кто знает, может семейка Кефала с Прокридой выплачивали ипотеку, может – подвергались рэкету, может, Прокрида и впрямь любила роскошно удовлетворяться не только с мужем и не за-ради здоровья/страсти/любопытства, кто знает… но хитрюга Эос наступила на самую больную мозоль верного супруга.

- Да за бабло она, понимаешь, торгует своим розовым бутончиком налево-направо! – уверенно брякнула богиня. – Зуб даю!

- Докажи, - буркнул Кефал и поперся за ланью.

Эос, почесывая отрастающую бразильскую депиляцию, прикинула уже имевшиеся расходы на пилинги-косметику-укладку со стрижкой и прочие накладные, улетавшие в дым из-за этого самого балбеса и решительно придумала еще более хитроумный план.

- А хочешь, - подмигнула Эос Кефалу, - обращу тебя в вашего соседа, и твоя ненаглядная таки исполнит абер лангзам-лангзам с тобой, ну, то есть с ним? Всего за пару-тройку драхм, э?

Кефал, огорчившись из-за удравшей лисы-огнёвки, сплюнул и решил переодеться в соседа, лишь бы Эос отвязалась. Думаете, Прокрида сдалась перед так себе кошелечком, жалко звякающим драхмами? Бинго, вы угадали, так Прокрида и поступила.

Сволочь Кефал, то ли напоследок, то ли увлекшись, быстренько сделал свои дела и, шлепнув женушку по сдобной элладской жопке, решительно ей же и объявился. Дальше, сами понимаете, позор, изгнание, плач и посыпание головы пеплом.

Деваться было некуда и Прокрида пошла куда глаза глядят. Хрен его знает, как, но глаза смотрели в сторону Крита. А на Крите, как все уже явно догадались, правил великий царь Минос.