Хроники "Ночного Свистопляса"

Я колебался между желанием разнести корабль в пыль и жаждой личной мести: сомкнуть пальцы на её горле, смотреть в глаза, которые будут наполняться ужасом от осознания неотвратимости смерти от моей руки.

Сигнал тревоги прервал мой триумф. Из ниоткуда вынырнул второй корабль. И даже при беглом осмотре я понял, что его боевая мощь превосходит нашу на порядок.

Разум твердил, что мы должны отступить, но мозг затуманила бешеная неконтролируемая ярость. Я отдал приказ атаковать пиратов вновь.

Их щиты смогли выдержать повторный залп, но мощь сильно упала.

"Неотвратимый" тряхнуло. По кораблю разнёсся сигнал боевой тревоги. Основную пушку срезало, словно лазером. ИИ самостоятельно принял решение на активацию щитов, но слишком поздно. Большая часть мощи уже ушла на заряд для плазменной пушки.

Второй залп вражеского корабля с ювелирной точностью блокировал нам один из двигателей, а наброшенное на весь корабль парализующее поле обездвижило всех живых существ на борту "Неотвратимого".

Ярость всё ещё жгла моё сердце, но мозг уже спокойно анализировал возникшую ситуацию. Ведь если нас решили захватить, то очень велика вероятность, что захотят продать на какую-нибудь планету-тюрьму.

За наши головы во многих мирах назначена хорошая цена.

А я всегда найду силы и способ вырваться оттуда, вновь найти своего врага и уничтожить его. Я уверен, что Бог простит мне эти смерти, ибо пираты не имеют право ходить по той же земле, что и честные богобоязненные люди.

***

— Отец! Мы обнаружили карту, которая вернёт нас домой!

Глава 13

"Семь жемчужин в семи морях.

Семь жемчужин в семи мирах.

Одна красная словно гнев —

Её ярости хватит на всех.

Голубая как разум чиста —

В её силе небес красота.

В черной души из бездны живут —

Они разум твой отберут."

Зира тихо напевала колыбельную, которую слышала от матери в далёком детстве. Она не помнила лица женщины, у которой её выкупил Домано.

Молодая женщина стояла на носу корабля, что всё так же скользил по зеркальной поверхности Реки-Меж-Мирами. Она курила любимую сигариллу, опираясь о планширь, выпускала струю дыма к звёздам и мечтала о море. Тоска по родной стихии становилась всё сильнее, а команда никак не могла решить, куда им плыть.

"В яркой зелени жизни свет,

Что на тайный вопрос даст ответ.