Шкатулка миров

Одним словом, Олли осталась почти собой, но благодаря уточнению некоторых моментов, операция “по окончательному решению пиритовго вопроса” стала приближаться с пугающей скоростью. Уже накануне запуска Тайра всё же собрал команду - с присоединившимися к ней Мастером и Олли - на центральном посту станции

***

— А теперь я хочу кое-что пояснить, — начал Тайра, ища взглядом поддержки у Сына. У того, конечно, не было глаз, в которых можно было найти понимание, однако парню казалось, что клинок как-то по-особому, ободряюще блеснул в свете ламп.

Которые, к слову сказать, были введены в штатный режим и оттого зал наконец перестал тонуть в полумраке. К тому же хозяйственная в самых непредсказуемых моментах Лисёнок успела оттереть каждую блестящую поверхность до совершенно уж нестерпимого блеска, так что помещение буквально светилось. И создавало вполне соответствующее торжественности момента настроение.

— Поскольку от Сброса нас отделяют считанные часы… пришло время озвучить подробности одного плана.

Который, по моему мнению, может решить большинство насущных вопросов, но породить несколько новых.

Все внимательно вперились взглядами в него, и Тайра резко почувствовал себя видным чиновником, читающим с кафедры доклад о том, как они всех “догнали и перегнали”. Не самое плохое, надо заметить, ощущение. Он прочистил горло и постарался как можно более коротко объяснить план.

Коротко - потому что отдельные детали плана зияли известными дырами, и начни он с них - рисковал тем, что аудитория просто бы не приняла его замыслы.

А от этого во многом зависела и сплочённость команды - мало ли, вдруг Тайра, ведомый желанием сделать всё по-своему, решит презреть решение совета и воплотить его против всех?..

Но волнения были напрасны - тот факт, что он избавил уравнение от главного негативного фактора - гибели Олли, перебивал любые слова возражений. Да их и не было - под конец речи все едва ли не аплодировали ему.

Натурально, из присутствовавших воздержались только Сын - в виду отсутствия двух принципиально важных органов, и Шифр, имевший привычку сдерживаться в вопросах, не задевающих его лично.

Хотя пару сделанных украдкой хлопков он заметил, и проштрафившийся Шифр немедленно приложил палец к губам. Мол "Тебе всё равно никто не поверит"...

От громоподобных хлопков лапищ Мастера и вовсе, казалось, сотрясались стены. Олли, быстро уяснившая суть процесса, тоже была в восторге от открывающихся перспектив.