Шкатулка миров

Сын примирительно проскрипел:

— Всё хорошо, что хорошо кончается, мон капитан. Предлагаю на сегодня зарыть топор войны и раскурить… хм, ну положим, чайник мира. Мы тут прошлись по домам в надежде договориться о провизии. И, признаться честно, только в жилище нашего дорогого мастера нашли приют и понимание. Вот наша добыча.

У ног Лисёнка и вправду стояла объёмистая корзина, из которой исходил приятный запах. Тайра почувствовал, как заходится слюной. Приняв молчание как знак капитуляции, Сын авторитетно закончил:

— Так что, дорогие мои дама и господа, принимайтесь-ка за снедь!.

.

***

На утро - насколько вообще можно было хоть что-то определить в этом замершем подземном мире - они вышли, едва проснувшись. Отдохнувшая Шадия явно чувствовала себя лучше, но то и дело бросала на Тайру предупреждающие взгляды - ей очень не хотелось, чтобы он хоть кому-то рассказывал обо всём, что случилось. Она вообще на всё реагировала настороженно - видно, допускала, что парень совершенно не умел держать язык за зубами.

Впрочем, она скоро убедилась, что командир сохранил вчерашнее в секрете.

Шли друг за другом: Шадия предупредила, что вблизи залежей пирита стоило быть предельно внимательными. Среди десятков и сотен выступов в стене пещеры так легко было случайно отколоть кусочек, вызвав освобождение силы недр.

Потому-то добычей пирита и могли заниматься только Ведьмы - их способность направлять эту энергию позволяла, откалывать от породы новые камни, не вызывая смерти персонала на каждом шагу.

Правда, крупные - или просто очень чистые - куски всё равно могли запросто выплеснуть больше энергии, чем какая-нибудь колдунья могла бы сдержать.

Потому Шадия очень внимательно выбирала первую “жертву”. Однако даже у неё не вышло сдержать вздох удивления, когда они вышли через довольно узкий лаз в соседнюю пещеру. Мастер, посоветовав им сделать так, явно понимал, что к чему.

Если пириты в стенах и на своде жилой каверны светились почти так же тускло, как и в посохе девушки, здешние камни ясно алели, словно них лишь недавно разожгли в каком-то гигантском тигеле.

И если пристальный взгляд на пириты Шадии вызывал тягостное ощущение жизни на исходе, медленного умирания…

Эти сокровища в прямом смысле слова сияли. К тому же это их сияние распространяло и тепло - в зале было ощутимо жарче, чем в предыдущем коридоре, где компания явственно поёживалась от прохлады. Отдышавшись, Шадия остановила всех рукой:

— Теперь стоим. Сперва подготовим площадку.