Театр одной актрисы

Вот сука! Акатошево отродье! Но как? Как она это сделала?!

Знать бы раньше… Все пропало, все!

Граф в отчаянии мерил шагами комнату. Единственная надежда умерла непостижимым его разуму образом. И столько денег, столько ценных кадров, столько сил – и все впустую. И времени почти не осталось – король едва ли протянет пару месяцев. Он просто не успеет снова поймать ведьму, а если и успеет – толку? Они знают о добровольной передаче архея, могут, как оказалось, убить себя в любой момент, а дур, которые пожертвуют жизнью ради его короля, там отродясь не бывало.

Король… И что ему сейчас говорить, уже готовому к новой жизни и могущественному архею? Что же делать? Что делать?!

Граф уселся на кровать, глядя пустыми глазами на мертвое тело.

- Ваше сиятельство… Нам… убрать? – доверенный вояка с лицом дуболома и такими же мозгами не понимал полутонов и острых моментов. К тому же руки у него чесались собрать драгоценные водоросли с мертвого лица девчонки – за них могли бы дать неплохую сумму в любой травной.

Шут отмер, растер ладонью лицо.

- Ночью. А завтра мы едем с посольством к ее величеству королеве Мавен. И подготовьте документы на передачу Северного рудника королеве. На всякий случай.

Шут встал. Надо успеть сделать еще кое-что.

В своих покоях он крайне аккуратно, почти не дыша, открыл простенькую деревянную шкатулочку и извлек оттуда пару листков. Облегченно выдохнул, когда механизм шкатулочки щелкнул, закрываясь – милая и безобидная с виду вещица была пропитана ядом, убивающим мгновенно любого, кто к ней прикоснется.

Только шут знал, как открывать шкатулку – в его работе подобная предосторожность не помешает.

После стянул с себя дорогую одежду придворного. Накинул грязный старый плащ с криво заштопанными дырками, натянул стертые грязные штиблеты вместо дорогих кожаных сапог. Снял украшения, положенные по статусу, оставив под плащом небольшой кошель на поясе и кинжал.

Неприметной тенью заскользил по бесконечным коридорам дворца.

Спустился, поднялся, снова спустился, осторожно пробираясь тайными ходами, вышел, наконец, к длинному подземному туннелю, который вел чуть ли не во все концы королевства. Спустя час блужданий под землей, и шут оказался недалеко от нищего квартала. Еще полчаса быстрым шагом, и почти на месте. Узкие улочки, дома, похожие на землянки, дешевые трактиры, воняющие жуткой похлебкой, которую бедняки едят на завтрак, обед и ужин.