Грация!

Без таких людей как я обществу было бы в стократ хуже!

— Я не сомневаюсь, господин Воттерсон... — Сэм шмыгнул носом и поморщился. — Нам обязательно везти ЭТО в замок?

— Так улики же, ну? — приподнял бровь Клинт. — Ты с ума сошёл оставлять тела на жаре в таком виде? Когда приедет группа следователей, вороны всё склюют до последней косточки!

— Извините за прямоту, но... вы запачкали дорогущую карету начальника Коэна! Даже если мы бы привезли голову повелителя нежити, нам бы попало по первое число!

— Так ты тоже активно помогал в этом деле, если не изменяет память! — Воттерсон рассмеялся.

— Я не... Но я же... — пытался оправдаться Сэм, но тоже начал хохотать как ненормальный.

— Пошёл он к зомби в задницу, этот Коэн! — небрежно, сквозь смех, заявил Клинт. — Пусть жалуется королю, а тот возмещает убытки... Как обычно, в принципе... Это первые раз двадцать на меня орали за такие выходки, а потом привыкли!

— Хорошо вам... — Сэм вдруг помрачнел.

— Что такое?

— Кажется, сегодня я лишусь своей должности королевского гонца.

.. Я нарушил целый ряд приказов, испортил форму, влез в драку, опоздал привезти вас вовремя... Лорд Грегор визжал до одурения и за более мелкие проступки, а тут... Эх...

— Не переживай, Сэмми! — Клинт положил ему руку на плечо. — После того как я осмотрел тело нашего пленника, пришёл к выводу: из тебя получился бы отличный служитель закона!

— О чём вы говорите? — ошарашенно спросил Сэм.

— Двадцать восемь ударов ножом, всего лишь за пять секунд.

.. — с восхищением сказал Клинт. — С такой молниеносной скоростью тебе не будет равных в поимке преступников! Так! Решено! Ты сегодня не будешь уволен крикливым гусаком — ты САМ уволишься! Плюнешь в рожу напыщенного Грегора, соберёшь манатки и возвратишься со мной в Штормфронт уже сегодня! Давно хотел себе помощника, да кандидатов приличных не попадалось. Что скажешь, Сэм?

— Вы не шутите?! — с надеждой спросил парень.

— Да какие шутки? — Клинт ободряюще похлопал его по спине.

— Обещаю, что на тебя больше не будут орать каждый божий день, крепкий ненормированный восьмичасовой сон каждый день, достойный оклад, и, разумеется, мою компанию!

— Спасибо вам, господин Воттерсон! Я с радостью! — глаза Сэма наполнились радостью. Парнишка ощущал себя внезапно помилованным висельником, которого сняли с табуретки в последний момент.

— Просто — Клинт. Теперь можно! — добродушно сказал констебль.