Ведьма на каникулах

Хоть мытьем, хоть катаньем — чем хочешь. В ближайшую неделю не справишься — ищи себе другое место жительства. Я понятно объясняю?

— Как есть понятно, Василисушка. Как говорится, понял — принял. Разрешите выполнять?

— Разрешаю. Только сначала с баней разберись.

— Все готово, хозяюшка. Банька напарена, водичка приготовлена, веничек вот березовый. Тебе помочь али сама справишься?

— Помочь? Ишь чего удумал! Иди избой занимайся, я, чай, не маленькая, чтобы меня мыть. Пшел вон отсюда.

Топнула для острастки. А что? Домашнюю скотину надо в порядке и дисциплине держать.

А домовой у нас кто? Мифическое существо, то есть зверь невиданный. А раз зверь… В общем, вы поняли.

Домовой на мое топанье отреагировал по-своему. Кряхтя, из баньки выбрался, спину согнутую потирая, потом разогнулся, да так, что хруст, наверное, вся деревня слышала, и пошел к избе. Облокотился на стену и начал что-то ласково приговаривать. Ну и ладно, пускай потолкуют, поворкуют, а я пока попарюсь.

Шагнула в темноту и тут же стукнулась лбом так, что аж искры из глаз полетели.

Эх, и низкий потолок тут. Наверное, шишка будет. Надеюсь, хоть сотрясения нет. Ладно, не болит вроде. Я зачем пришла? Ах да, помыться хотела. Не соврал Афоня, жарко натоплено. Сбросила халатик, за ним пеньюарчик, оставшись в одном бельишке. Разложила принадлежности все, баночки-пузыречки расставила, в лохань горячей воды налила, уселась… Эх, хорошо-то как. В общем, когда я до веника дошла, была уже распаренная, наверняка красная, что твой помидор. Но веничком себя все же похлопала. Особенно по пятой точке и бедрам — неплохая замена антицеллюлитному массажу.

Вылезла я, значит, из бани в одном пеньюарчике на голое тело — жарко. Шагаю такая к дому и вдруг слышу истошный вопль Фили:

— Василиса!

— А? — Обернулась — на меня кот мчится, шерсть дыбом, глазищи вылуплены и шипит, как змея. — Что случилось?

Он на ходу в человека перекинулся, подбежал, подхватил меня на руки и в дом потащил.

— Эй, ты чего?

— Ты с ума сошла в таком виде разгуливать.

— Да что такого? Не голая же.

— Почти голая. Твоя эта… тряпочка кружевная на солнышке просвечивает будь здоров. Почему халат не надела?

— Так ведь жарко.

— Жарко ей. Тому, кто на тебя посмотрит, тоже жарко станет, только по другой причине.

— Это по какой же?

— Будто сама не понимаешь, — пробурчал Филя и отвернулся. Ба, да он никак покраснел. Ну дела. С каких это пор он на меня так реагирует? Мне теперь что, собственного кота стесняться? Дожили.