Слияние.

Ну здравствуй северный олень, то есть северный житель, то есть брат Ровера. Я подвинул табуретку и сел поближе к бледному существу которое когда-то было человеком. Ух-х, мурашки от его вида по коже. И не только вида. У такого рода больных, не способных самостоятельно ходить, тело рано или поздно начинает по особенному пахнуть и дело тут не в синеватых пролежнях, он вовсе даже не гниёт, а вполне себе существует на уровне какого-нибудь полипа.

- Ровер, дорогой, а почему его не убили из жалости? - я оторвал веник из тлеющих у ног болезного трав и потушил в стоящем неподалёку ведре, - Сколько он находится в таком состоянии?

Полумрак бедной хижины расположенной в нижнем городе совершенно не мешал мне видеть исполненное печали лицо гвардейца.

- Третий год. - сглотнул лекарь не решаясь пересечь порог импровизированного лазарета.

Вот как значит живёт элита гвардии Саро, я усмехнулся. Впрочем, а что ещё остаётся делать пацану, который по счастью родился с даром целителя, но волей судьбы ещё в юношестве попал в замес кастовых разборок.

Не по своей воле, нет. Но когда речь идёт о дележе земли дабы ни у кого не возникало вопросов режут всех, а особенно наследников. Так и случилось бы, если б не отвага их матери. Уберегла детишек, нашла самый глухой угол и забилась в эту щель умирать. Об этом мне по большому секрету поведал выдернутый на приватный разговор Лайд. На вопрос "какого хрена" то есть, почему у гвардейца и элитного бойца Саро нет способов вылечить брата, я получил не менее резкий ответ что на каждого калеку лекарей не напасёшься, да к тому же ситуация неординарная. Прокляли мальчишку. Прокляли качественно и насовсем.

- Сходи на рынок, - я отвязал увесистый мешочек с пояса и бросил лекарю, - Раздобудь Шалфей, Мертвоцвет не меньше трёх связок и древесный уголь. Кусок чистой, плотной ткани и снег растопи, не меньше ведра. Золотом не свети, - парень затаил дыхание узрев содержимое кошеля, - А то проблем не оберёшься.

Парнишка испарился за дверью. Так, от свидетелей избавились, а теперь я просто оборву мучения этого бедолаги пока мне никто не мешает.

Хе-хе.

- Матушка не стойте на сквозняке, почки застудите, - обратился я в темноту, - Вы, так понимаю, следите за пациентом?

- Меня зовут Енара Эс Фари, господин, - не поднимая глаз в комнату вошла некогда благородная, а теперь несчастная женщина бальзаковского возраста с потухшим взглядом, - Ровер сказал что вы можете помочь?

Да ты и сама не веришь в это, могу понять.