Кощей и происки рыжей ведьмы

Приедешь через три дня, сама увидишь! Кстати, объясни Баюну, что если он не прекратит пакостить, я у него цепь аннексирую в качестве морального ущерба. Совсем, гад полосатый, страх потерял!

– Братец, сколько раз тебя просила: никогда не называй меня Василькой? Терпеть этого не могу! Ну, если так обленился, зови Лисса. Так моё имя сокурсники перекроили. А что там за Шалли, ещё посмотреть надо! Если эта метёлка мне не понравится – вылетит в два счета с билетом в один конец. Знаю я современных городских девок. Им только деньги и власть подавай.

– Ты себе что, рыжий хвост заимела? Говорил тебе, повторюсь, нечего по заграницам шляться. Лисса, фу, гадость. Василиса, Василька и есть! – сказал, как отрезал Кощей. – Привези мне что-нибудь по управленческому менеджменту и новенькое, если нароешь, из Казаченко и Доктора Албана. Мммм, ну, ещё, если увидишь где диск, группа была такая «Нэнси». Я свою копию загонял в усмерть, а под него так классно париться было! – Коша мудро промолчал, что ходит туда только в компании с Шалаской.

– Хорошо, братец, порыскаю по электронным аукционам. В магазинах с записями я тут ничего такого не встречала, – несколько раздражённо попрощалась с безголовым родственником и отключилась.

– Стервь, – резюмировал Кощей, – хоть и не того же вида, что моя разлюбезная Шалли. Кстати, надо ей попозже звякнуть, заглянет или нет вечерком… Надеюсь, я вчера не сильно буянил. Похоже, слегка перебрал с алкоголем, – он недовольно засопел.

Вспоминая, как утром не обнаружил своей ведьмы в спальне, но на полу так и валялось нижнее бельё, и юбка с топом…

Три дня пролетели как один час.У парадного входа во дворец Кощея Бессмертного лихо затормозила новенькая «Шкода Октавия» сливочного цвета с шашечками такси на бортах. Дверца распахнулась и оттуда, бойко подхватив объёмистые чемоданы на колёсиках, выпорхнула высокая фигуристая девица.

Вышедший после полученного звонка из царского терема Коша с удивлением рассматривал до неузнаваемости изменившуюся Василису Премудрую.

Кот-Баюн от нового облика внучки Бабы Яги с душераздирающим мявом рухнул с высоченного забора, огораживающего резиденцию правителя. В полнейшем ступоре полосатый охальник забыл приземлиться на четыре лапы и поцеловался с родной землёй пушистой спиной.

– Василька, я, конечно, предполагал, что ты очень изменилась, но чтобы настолько…

– Не смей называть меня этим глупым именем.