Два дня из жизни Владимира Семёновича

За ранние пусть закажет

Отпевание по себе.

Если только конечно будет

Кому его отпеть.

Мы знаем таких немало,

Кому зубы жмут.

Смотрят они хищным оком

На нашу родную страну.

Но если они только рыпнутся,

Чтоб наш нарушить покой.

То тут же они познакомятся

С нашею Булавой!

То тут же они познакомятся

С нашею Булавой.

На том мы всегда стояли

И будем всегда стоять.

Нас никогда не брали!

И нас никому не взять!

Нам чужого не надо,

А своего не отдадим!

На том мы всегда стояли

Стояли и стоим!

На том мы всегда стояли.

Стояли и стоим!

После того, как прозвучали последние слова песни, учащиеся снова наградили Владимира Семёновича бурными аплодисментами. Которые шли, и Высоцкий это почувствовал, из самой глубины детских и юношеских сердец. «Ну, всё. Пора, а то Любимов опять будет ругаться и упрекать меня в “звёздной болезни”. Попробуй ему потом объясни что да как было на самом деле».

Дети же, после того, как им показалось, отдали должное исполнителю своими аплодисментами, уселись на свои места и приготовились слушать концерт дальше.

Владимир Семёнович тут же оценил обстановку: несколько слов о западном образе жизни, по просьбе директора школы, готовы были перейти в полноценный концерт. И он, конечно же, к такому повороту событий не был готов. «Да, пора заканчивать», – твёрдо решил, про себя, Высоцкий. Но ноги почему-то не слушались его. А всё потому что милые лица детей напоминали ему мордочку какого ни будь кота. Который съев мисочку со сметаной, которой его угостила хозяйка, облизнулся и уставился на свою хозяйку жалобными глазами.

В надежде вымолить своим взглядом у неё ещё сметанки. «Опять придётся по трамвайным путям гнать»… – подумалось Высоцкому.

–Товарищи, – обратился Владимир Семёнович к собравшимся в зале, – дорогие вы мои мальчишки и девчонки… – тепло, по-отечески доносился до школьников голос Высоцкого из динамиков висевших на стенах актового зала, – понимаете… мне пора ехать. У меня, вот-вот, должна начаться репетиция в театре. Нельзя чтобы целый коллектив театра ждал одного артиста.

Ведь вас директор ругает, когда вы опаздываете в школу? Ну, вот, видать и мне сегодня достанется, так сказать: «на орехи». – В зале раздался детский смех. А Владимир Семёнович продолжил:– Сейчас, так сказать, на прощание, я исполню вам ещё одну свою новую песню. Я ещё не знаю: войдётли она в какой-нибудь спектакль или фильм. Или я просто буду её исполнять на своих концертах со сцены… Но мне она кажется очень удачной.