Кровавый чернозем

Знаешь, запах такой сладко-приторный, очень противный…

– Тьфу, – сказал Грязнов-старший. – Ты лучше скажи, как отсюда выбираться будем? А ты сам виноват. Для таких мероприятий хорошо бы иметь машину поскромнее. Что теперь твоя вторая половина скажет?

Дениса передернуло.

– Ничего не скажет, – ответил он мрачно. – Ей какое дело?…

– Ну все. Прощайся с тачкой.

– Думаешь, в сараюшке схоронят?

– Зачем? На юг продадут. В ту же Чечню, – уверенно объяснил дядя. – Не по здешним же кочкам скакать, хотя машина подходящая – как раз для бездорожья.

Вместо трактора…

– В ту сторону уехали, – объявил результат своих исследований Денис. – Туда и пойдем… Поиграем в шерлоков холмсов. Потому что ты, дядя, на ватсона не тянешь… Так и не успел залатать перед поездкой, – сказал он, потрогав землю и понюхав пальцы. – Тосолом воняет.

– Думаешь, как овчарка, по следу до самой Москвы бежать? Хотя… пойдем, конечно, – согласился дядя. – Все равно отсюда пешком выбираться.

– Водить он его не умеет, – горестно сказал Денис, указывая на длинную свежую царапину на стволе дерева.

Такая же точно вмятина теперь, по логике вещей, должна была красоваться на боку его джипа…

Перебрасываясь короткими замечаниями, опустив головы, Грязновы шли по еле заметному следу, ведущему вдоль просеки прочь из леса.

О джипе и безалаберности племянника Грязнов-старший больше ничего не говорил – он вообще придерживался того мнения, что свой опыт не передашь, каждый должен самостоятельно шишки набить, прежде чем в жизни разобраться.

Возраст Дениса, на его взгляд, аккурат подходил для такого собирания шишек, а его дело, как взрослого, было следить, чтобы шишки эти были не размером во всю голову…

– Попутку бы поймать, – мечтал Денис.

– Разленился ты, как я вижу. Все на машине да на машине… Вот теперь научишься пешком ходить, – сказал дядя довольным голосом. – Ничего, и на метро поездишь.

– На метро?! – ужаснулся Денис. – Да я несколько лет в метро не был!

– Вот и посмотришь, как нормальные люди живут, тебе полезно… А то страшно далеки вы от народа, – не унимался дядя.

Грешным делом, он был даже рад. Официальные власти давно заимели на «Глорию» зуб за то, что занимаются, мол, чем хотят, в свое удовольствие, и никакой рутины, а деньги гребут… А муровцы тут на государственных зарплатах за всех перед всеми отвечают. Сам того не замечая, Вячеслав Иванович невольно принимал иногда сторону коллег по работе, несмотря на то что «Глория» была все-таки его родным детищем.