Джинны зажигают

За нею потянулись и остальные, и вскоре стояли, гордо вскинув головы, перед представителями ОВД.

- Ну, и что же вы делали на дереве? - Поинтересовался Иванихин. - Что там такого особенного, в ЧП "Альфа".

Девушки ковыряли ногами асфальт и разглядывали детали местного пейзажа, а парень заулыбался и отвел глаза. Кот умывался.

- И куда же вы, позвольте спросить, смылись из КПЗ еще весной? - добавил Вовик I очень строго.

Это житейское замечание отчего-то развеселило компанию.

- Прекратите улыбаться! - потребовал сержант Иванихин, - Почему у вас кот улыбается?

- А я еще крестиком вышивать умею, - нежным басом сказал кот, - и компьютерной грамотой владею.

Иванихин нацелил на него конец черной дубинки и спросил, срываясь на шепот:

- Почему у вас кот разговаривает? И что вы, едрена-матрена, на дереве делали?

- Мы на дерево за укропом лазили, - смущенно призналась невысокая рыжая девушка.

- А за грибами с чемоданом вы не ходите? - ядовито осведомился Вовик I, который тоже был шапочно знаком с устным народным творчеством.

- Мы бы с удовольствием за грибами пошли, - сказал парень, положив руку на левую сторону грудной клетки, - Или вот на рыбалку... Но не судьба нам предаваться тихим радостям жизни. Все в трудах да в заботах... пива выпить некогда, а вы о рыбе, - и его укоризненный взгляд обежал по очереди всех милиционеров.

- Они еще и автомат сперли, - наябедничал из машины Вовик II, - Из 132 управления. Их по делу Мадам замели, как соучастников. Типичные рецидивисты.

- В машину, - приказал Иванихин, на всякий случай перехватывая дубинку поудобнее.

Сопротивления рецидивисты не оказали, покорно, и даже, как показалось сержанту, весьма охотно загрузились в УАЗик, и, спустя всего час оказались в КПЗ, уже знакомом по делу о замороженном часовщике.

- Родные стены, - с натуральным всхлипом сказал Рыжик и, припав к косяку, поцеловал его.

- Родные нары, - сказала Мадина и с удовольствием вытянулась на них.

- К параше никто не пойдет обниматься? - спросила Ленуся, не разделявшая восторгов по поводу возвращения в камеру.

Утро началось часов в пять, с грохота в соседнем помещении, и мерзкого лязга дверей. Девчонки, протирая глаза, сели. Бокам от жестких досок было совсем не весело и, главное, зверски хотелось есть.