Совсем не Золушка

В её мире восемнадцать лет самый прекрасный возраст! То, что надо. Но здесь, скорее всего, восемнадцатилетняя девушка считается перестарком, которую никто не взял замуж. Тогда сколько ей должно быть? Шестнадцать, пятнадцать?

- Ты чего неслась, как угорелая?- прервал её мысли Алехно.

- Боялась опоздать. Иначе госпожа Марго…

- Оторвёт тебе голову. Кстати, вот и она.

На крыльце и впрямь стояла госпожа Марго и с невозмутимым видом наблюдала за этой парочкой.

Алехно подошел к крыльцу и осторожно поставил Люси на ноги, а затем склонил голову в вежливом поклоне старшей экономке его королевского величества.

Госпожа Марго кивнула в ответ и спросила:

- Что случилось?

- Госпожа Марго, я упала и ободрала ногу.

Люси приподняла подол и продемонстрировала "красоту" своей начальнице.

- Рыцарь Алехно, окажите любезность. Отнесите Люси в её комнату, а я пошлю за лекарем.

Алехно легко подхватил девушку на руки. Пока он нес её по коридору, то тут, то там выглядывали любопытные горничные и цокали языками или завистливо вздыхали.

Осторожно положив свою ношу на кровать, Алехно уселся рядом:

- Ну как нога? Еще болит?

- Терпимо. Думаю, что уже через час меня отправят мыть лестницу.

- К сожалению, вынужден тебя оставить - меня ждёт принц Мишель.

- Спасибо, что донёс меня,- Люси так не хотелось, чтобы Алехно уходил! Когда она его еще увидит?

Алехно улыбнулся:

- "Спасибо" - это так скучно. Поцелуй мне нравится больше.

И тут же прильнул к губам девушки. Люси тоже поцелуй понравился гораздо больше.

Однако вежливое покашливание лекаря прервало это блаженство.

Люси оказалась права, как только лекарь заявил госпоже Марго, что нога всего лишь оцарапана, девушку тут же отправили на её рабочее место. Правда повязку наложили, и на этом спасибо. Но все это нисколько не опечалило Люси. Девушка была счастлива до безобразия. И намывая лестницу, девушка напевала что-то и улыбалась, улыбалась, улыбалась.

Алехно появился неожиданно. Схватил Люси на руки и закружил. А когда, наконец, поставил девушку на ноги, то и слова не смог вымолвить.

Да и Люси смотрела в карие глаза рыцаря, лишь улыбаясь. Этот взгляд был красноречивее любых слов. Рыцарь прижал девушку к груди бережно, как хрупкую вещицу, и одновременно достаточно крепко, словно говоря: "Ты моя, и я тебя никому не отдам". А Люси слушала, как бьется сердце Алехно, и ей казалось, что её сердце бьется в унисон.

Несколько следующих дней для Люси прошли, словно в розовом тумане.