Мурр Неупокоенный

Из-за этого в голову пришла лишь максимально идиотская идея — отшутиться. Что я и сделал, нервно сглотнув. Нужно было привлечь его внимание и постараться увести подальше отсюда, чтобы он таки не добрался до бедной зверушки и не сожрал её.

— Э-э?

Мертвяк замер. Затем медленно, будто опасаясь, что спугнёт меня, начал оборачиваться, не забывая при этом пыхтеть. Судя по характерному покачиванию, к списку травм старичка можно было смело добавить ещё и сломанную лодыжку. Он старался не делать резких движений, но в его состоянии, провернуть такое было непосильной задачей.

Я же терпеливо ждал.

— Хво пуп? — Промямлил зомби, осматриваясь белёсыми глазами без зрачков.

— Меня зовут Мурр, дедушка. — Отозвался я, изумившись тому факту, что мертвец оказался разумным. Хоть и разобрал я сказанное им с большим трудом

Видеть меня он точно не мог — был слеп, как крот. То ли от старости, то ли по болезни. А может и помог кто. "Добрых" людей во все времена хватало.

— Нехоомап? — То ли уточняя, то ли обвиняя спросил он.

— Кхм. Нет. — Неуверенно протянул я, подлетая ближе. Навредить мне этот старичок при всём желании не сможет, так что сильно осторожничать не было нужды. — Неупокоенная душа.

Он запричмокивал, будто стараясь попробовать мои слова на вкус. Громко втянул носом воздух, заставив булькать и пузыриться свежую рану, протянувшуюся от ключицы до самого живота. После чего закашлялся и засипел, согнувшись в три погибели. Звучало это преотвратительнейше, да и выглядело не лучше. Не знаю, что именно он пытался сделать и искренне порадовался, когда он прекратил.

Я аж отшатнулся, но от комментариев всё же воздержался — мертвец не виноват, что вынужден бродить среди могил в такой кондиции. Таковы реалии нашего мира — никто не застрахован от того, что не восстанет после смерти по той или иной причине. Будь то неправильно выполненный обряд отпевания или упомянутый секундой ранее некромант.

— Аш-и-е! — Выпрямившись, зомбяк утёрся рукавом и неловко улыбнулся, показывая почти что беззубые серые дёсны.

Далее, без каких-либо предупреждений, он широко открыл рот и указал пальцем на обрубок языка — как минимум половины сего органа его лишили. Я невольно отвернулся от неприятного зрелища и, с трудом переборов отвращение, решил попробовать наладить диалог, понадеявшись, что интонации не выдадут моего потрясения.

— Кто вы? Это ваш дом? — Задал я интересующие меня вопросы, любуясь ночным небом, вместо того, чтобы смотреть на изрядно потрёпанного зомби.