Мурр Неупокоенный

Более того, мне даже личного саркофага не подготовили, не говоря уж об отдельном склепе! Я просто лежу тут на плите в окружении неизвестных мне людей! И даже не уверен, что это мои родственники! Что за отвратительный сервис! По их вине и недосмотру, я стал неупокоенным духом! Восхитительно!

— Кто-то должен мне за это ответить! — Прошипел я, раздираемый изнутри праведным гневом. — Я этого так не оставлю!

С намерением добиться справедливости любой ценой, я направился к выходу. Во мне бушевал целый ураган отрицательных эмоций, которые я всенепременно обязан был выплеснуть хоть на кого-то.

Будь то могильщик или кладбищенский сторож — не важно. Но в идеале, было бы хорошо, если на меня нарвётся кто-то из родных… Хотя, я их, скорее всего, даже не узнаю. Так уж и быть, пусть живут спокойно.

Осиновая дверь склепа.

Заперто.

— Это ещё как понимать? — Возмутился я, после того, как моя попытка просочиться наружу оказалась неудачной

Влетев на полной скорости в непреодолимое препятствие, я был вынужден отступить на пару шагов назад, задумчиво потирая ушибленный нос.

Больно мне не было — было обидно. Тяжёлая дверь, как и сообщал текст, высветившийся перед моими глазами, действительно была заперта. Может быть даже на ключ. Но мне-то какое должно быть до этого дело? Я же призрак! Или нет? Что вообще происходит? Почему посмотреть на мёртвого себя я не могу, потому что не способен ни к чему прикоснуться, а дверь, едрить-то её в проём, на все сто процентов осязаема? И стены тоже. Я проверил.

Пригородное кладбище.

Доступ воспрещён.

Кем воспрещён-то? Это уже прям дискриминация какая-то по… Проклятье! Я, честно, не знаю по какому именно признаку меня в данном случае ущемляют, но недовольство испытываю вполне конкретное. С какого перепуга меня не выпускают погулять по собственному кладбищу?

Если рассуждать логически, то я должен бы свободно перемещаться хотя бы по территориям, отведённым городом под захоронения. За пределы этой зоны меня, понятное дело, не выпустили бы защитные талисманы церкви, развешанные вдоль границ подобных мест.

Во избежание, так сказать. Однако, моя призрачная тушка не способна выбраться даже из этого “великолепного” склепа. Её что-то тут удерживает, лишая меня возможности побродить по округе и вдоволь повыть своим новоприобретённым загробным голосом.

— Это всё из-за тебя, верно? — Буркнул я в сторону своего трупа. — Ты для меня выступаешь в качестве якоря, да?

Тело ничего не ответило. Что, в принципе, было ожидаемо.