Мурр Неупокоенный

— Не слишком ли поздно для посещений, а, Седьмой? — Проскрипел старческий голос, затухая в пустоте личного подпространства высшего существа, более всего похожего на безоблачное ночное небо. — Или обстоятельства диктуют свои правила и даже ты уже не желаешь закрывать на это глаза?

В проёме разрыва пространства показался силуэт мужчины в светло-серой мантии, сотканной из дыма. Он сделал пару шагов вперёд и криво ухмыльнулся, затем слегка наклонил голову и бестактно махнул рукой в подобии приветственного жеста.

— И тебе привет, Первый среди тёмных! — Светловолосый архангел осмотрелся вокруг и, пожав плечами, создал себе из ничего роскошное кожанное кресло, после того, как не обнаружил чего-либо подходящего для приёма гостей с комфортом. Вальяжно усевшись и закинув ногу на ногу, он продолжил. — Мне просто не хотелось с тобой общаться, поэтому я и оттягивал свой визит до последнего. — Он гаденько улыбнулся. — А насчёт обстоятельств… поговорить действительно есть о чём.

— Хамишь. Впрочем, как и всегда.

Хозяин этого места восседал за деревянным столом, сплетённым из живых ветвей и украшенным свежей листвой. И, по правде говоря, это был единственный предмет интерьера, достойный внимания. По одной простой причине — больше смотреть тут было не на что. Обстановку кабинета главы Вороных Цепей можно было смело назвать минималистичной — ни тебе шкафчиков, ни стульев, ни дивана у стены. Да и стен тоже не было, как таковых. И только плотный ковёр из мха под ногами добавлял толику своеобразного уюта этой странной комнате.

Сам же древний дух природы выглядел не менее своеобразно и чуть гротескно — как ожившее дерево, ствол которого, по какой-то непонятной причине, решил принять форму, максимально близкую к человеческому телу. Только вместо волос и бороды у него была длинная трава, вместо кожи крепкая кора с торчащими то тут, то там сучками, а вместо глаз — два крупных куска янтаря, из глубин которых яркими огоньками светились многочисленные искорки жизни.

К тому же, это существо было в несколько раз массивнее своего гостя, что стало ещё заметнее, когда оно слегка подалось вперёд и неторопливым движением тяжёлой руки, воплотило перед Гленалиэлем поднос с изысканным напитком в резной деревянной бутылке и пару бокалов.