Мурр Неупокоенный

— Я здесь уже третий день?

Но как такое возможно? Аллан сейчас мог бы поклясться на библии, что ещё пару часов назад была пятница! А теперь выясняется, что из его памяти вылетели целых два дня! Ну не могли же его всё это время держать тут в бессознательном состоянии? Или могли?

Неожиданно, от размышлений отвлёк непонятный шум. откуда-то справа послышались шорохи и стук. Кто-то пытался проникнуть в эту часть катакомб, вышибая заевшую старую дверь. Аллан инстинктивно напрягся и замер, а его сердце, наоборот, ойкнуло и унеслось в пятки.

Неужели его недоброжелатель подождал, когда мальчик, наконец, придёт в себя и теперь собирается продолжить издеваться над ним? Или это какая-то нежить, которая проснулась в здешних коридорах, учуяв запах живого человека, стремится отведать его свеженького мяса?

— Ал, ты тут? — Послышался встревоженный молодой голос из-за двери.

Это был Дэвид! Это точно был он! Его характерную лёгкую хрипотцу ни с чем не перепутаешь!

Узнав голос своего друга и, по совместительству, второго подмастерья гробовщика Мортимера, которому они вместе помогают, Аллан испытал очень приятное и тёплое чувство облегчения.

Даже дышать затхлым и заплесневелым воздухом этого подземелья стало чуточку легче.

— Дейв, помоги! — Отозвался Аллан.

— Ал, я сейчас!

Звуки ударов участились, гниющие доски заходили ходуном, петли жалобно заскрипели. Бум-бум-бум! Полоска дверного проёма с каждой секундой расширялась всё сильнее, пропуская больше света от магического факела с той стороны.

— Да ломайся ты уже! — Зло выдохнул Дэвид и обрушил на несчастную дверь особенно тяжёлый толчок, навалившись на неё всем своим весом и с гулким треском отправляя её на пол.

Дейв выглядел крайне измождённым, как если бы он сам просидел здесь несколько дней. Что, кстати говоря, вполне могло оказаться правдой. Выходные он обычно безвылазно проводил в трущобах города-храма в кругу своих названных братьев и сестёр. Однако, когда они распрощались с Алланом в пятницу, Дэвид тоже вполне мог оказаться тут, а не у себя дома.

Его так же, как и Аллана мог подстерегать какой-нибудь негодяй на выходе с кладбища, чтобы оглушить и похитить. Это бы объяснило и его нынешний внешний вид: чёрные мешки под глазами, затравленный взгляд и перепачканное, исцарапанное лицо. Да и на запястьях у него были заметны синяки от удерживавших его до недавнего времени пут, которые исключали какие-либо сомнения.

— Что они с тобой сделали? — Ахнул черноволосый подросток, приблизившись к Аллану.