Меч Без Имени

Ну не помню я, как тогда наряжались для особо торжественных встреч! Он согласно кивнул, быстро вытащил из кучи одежды тонкую рубашку с кружевами – блеск, ручная работа, мечта жизни! Неглаженая… Потом какие-то штаны в обтяжку, как лосины. Я примерил и отложил в сторону. Ну их, лучше в джинсах пойду. А вот пиджачки симпатичные, и мы выбрали темно-зеленый с серебряным кулоном. Подходящего размера сапог не оказалось – пришлось остаться в кроссовках. Представляете, как я выглядел? До пояса очень средневековый, а ниже… Зрелище запоминающееся, смею вас уверить.

– Тебе бы тоже надо вымыться. Надеюсь, Лий скоро вылезет. Что-то задерживается наш несносный мальчишка.

– Лорд Скиминок, а почему вы говорите «мальчишка»? – застенчиво улыбнулся Жан.

– Пойду потороплю. – Я не обратил внимания на его слова.

– А может, не надо?

– Почему? – обернулся я. Он как-то сразу стушевался и углубился в разборку одежды.

– Послушай, дружище. Нам надо поговорить начистоту. Забудь про сегодняшнее поражение. Тебя сразил не я, а Меч Без Имени.

Это, знаешь ли, такая премиленькая штучка – делает лишь то, что взбредет в голову именно ей. Так что не злись. Я не собираюсь требовать за тебя выкуп. Можешь отправляться домой хоть сегодня. Коня и доспехи тоже забери… – Как видите, я изо всех сил старался быть великодушным. Представьте себе мое разочарование, когда этот «бульдозер» рухнул мне в ноги и завопил не хуже Лия:

– Не гоните меня, благородный лорд! Мой отец этого не переживет. Меня уже шесть раз возвращали за выкуп и три раза бесплатно.

Отец сказал, что лишит меня наследства, если я не прославлю его имя подвигами. Какие подвиги?! Я не могу, я не хочу драться! У меня руки дрожат и глаза сами закрываются… Не гоните меня… Отец проклянет, а потом умрет от позора. Я – его единственный сын и… и… трус… Я – трус, милорд! Я…

– Минуточку! – Мне пришлось прикрыть ему ладонью рот. – Все ясно. Ты – трус, человек интеллектуального труда и драться оглоблями не желаешь – это неэтично! Я тебя понимаю. Отец, тиран и деспот, намеревался вырастить из ребенка китобоя в латах.

Не вышло. Теперь он булькает от злости и подбирает предмет потяжелее для родительского благословения. Так?

– Так, – согласно кивнул Жан.

– Ну, а я что буду с тобой делать? Мне-то куда тебя девать? Слуга у меня уже есть, хотя, ей-Богу, не знаю, зачем он мне.

– Я буду вашим оруженосцем, лорд Скиминок! – загорелся он. – Вы ведь знатного рода, и мне не стыдно вам служить. Многие рыцари так начинали.