Одержимость

Баба резиновая надувная. С виду вроде и ничего себе, а в натуре – пшик. У меня сосед по площадке – не то чтоб гроссмейстер, но открытый чемпионат Москвы лет десять назад выиграл. Среди ветеранов. Говорит: хоть бы постыдились.

– Че, лохов против компа выставили? – уточнил оператор.

– Не лохов, гроссы – нормальные, настоящие. А все партии – из серии «детский мат». Нет, естессно, если они бабок от американцев хотят под развитие этого компа, те, может, и клюнут. В Штатах, говорят, со времен Фишера в шахматы вообще играть перестали, там все больше гольф, бейсбол.

– Ну так и устраивали бы все в Штатах, – резонно заметил оператор. – Зачем наших дурить?

– А может, они и от наших тоже бабок хотят. – Репортер нехотя оторвался от стены. – Бабулеточки, они же не пахнут. Все, включай давай, идут вроде. Смотри, а вон Мельник.

– Где?! – оператор развернулся вместе с камерой, задев стоящего рядом другого оператора. – Извини, старик. Ну?! Где?!

– Да вон, у входа! – Тыкал пальцем репортер ТВ13.

– Не вижу.

– Вон!

– Где?

– Все. Свалил.

– Дамы и господа, попрошу тишины! – донеслось со сцены.

Музыка смолкла.

– Вот же ж фак два раза! – сплюнул под ноги оператор.

За столом президиума расположились четверо, судя по бумажным, наскоро изготовленным табличкам: представитель Development Comp.Inc. Исламбеков, тренер Болотникова Гуревич, представитель районной прокуратуры Щукин и зампредседателя Шахматной федерации РФ Воскобойников.

Первым слово взял Гуревич. Он обвел аудиторию несколько расфокусированным взглядом и выпалил без обиняков:

– Дамы и господа, с прискорбием извещаю вас о том, что чемпион мира по быстрым шахматам, гроссмейстер Богдан Болотников трагически погиб сегодня утром.

Прежде чем сесть, он еще с полминуты стоял молча, глядя на представителя Development Comp.Inc., а тот, казалось, готов был провалиться сквозь землю и, постой Гуревич еще несколько секунд, наверняка залез бы под стол.

– Как погиб?!

– Почему погиб?..

– Тише, дамы и господа, тише! – призвал к порядку представитель шахматной федерации.

– Значит, неживой, – буркнул репортер ТВ13.

– Че? – не расслышал оператор.

– Неживой, говорю. Ты говорил, может, он живой. Жмурик – это круто для рекламы. Американцы жмуриков любят. Особенно наших.