Проклятие ведьмы. Половинка

"Это кто старая–то?" Взгляд сделался с прищуром, скрестила пальцы на правой руке, набрала в грудь побольше воздуха, вспоминая слова нужного наговора…

— То, чему я буду обучать свою ученицу, — Матрёна строго посмотрела на не в меру развеселившуюся девицу, подходя к Янушке и хватая её за руку, — молоденьким девицам негоже знать.

— Фи! Какая ты бука, Матрёна. Совсем с тобой невесело. — Анисия повернулась к травнице спиной, теряя всякий интерес к незнакомке и обращаясь к Раде: — Может, пойдём уже?

— С вашего позволения, мы тоже пойдём.

Дела. — Травница поволокла за собой рассерженную Заряну, цедя сквозь зубы: — Даже думать не смей! — Дотащила до калитки, открыла и слегка подтолкнула вперёд, интересуясь: — Что хоть сотворить хотела?

— Да пустое это! — Янушка остановилась, придерживая калитку, но увидев осуждающий взгляд женщины, быстро призналась: — Да всего–то пару прыщиков хотела наслать. — Виновато потупила глаза и юркнула в тень сада.

— Вот всем сердцем чувствую: хлебну я с тобой ещё бед.

— Матрёна последовала за ней.

Лекарка со своей ученицей удалилась в сторону сада, а молодые княжны продолжали стоять на месте, в задумчивости глядя на закрытую калитку.

— Видела, какие глаза синющие? — Анисия больше не улыбалась. Рада кивнула. — Помяни моё слово, эта девица будет следующей, кого Яр потащит в свою постель. — Анисия развернулась и побрела в сторону палат, тихо бросая через плечо: — И пошли уже! И так много времени потеряли.

— Ой ли? Прямо таки в постель? — усомнилась Рада, угадывая в высказывании подруги обычную женскую ревность.

— Ты прекрасно знаешь своего брата.

— Это да, — тяжело вздохнула Рада, — знаю. Но ведь он после возвращения совсем другим стал.

— Нет, не стал.

Надо отдать должное, возделанная землица, которую Матрёна называла своим хозяйством, превзошла все ожидания. Ровные полосы пряных трав без единой сорной травинки были любовно разделены между собой узкими дорожками из мелкого круглого камня. Здесь спокойно соседствовали: лук и чеснок, петрушка с укропом, хрен, шафран, базилик и мелисса, и даже молодой одуванчик, стебли которого очень любила добавлять в салаты её мать.

Травница увлечённо что–то рассказывала, Заряна делала вид, что внимательно слушает, а сама никак не могла выкинуть из головы Анисию. Янушка всем сердцем почувствовала, что не понравилась подруге Рады с первого взгляда. "Вот бы ещё знать — почему?" Но вместо ответов и предположений в голову упорно лез давний глупый сон.