Рунная Печать

 – Ну а в батальоне у меня только один представитель малого народа, который может помочь быстро наладить контакты с тамошней подпольной элитой, заправляющей подобными делами. Это ты, Бальдар.

Коротышка открыл было рот, явно собираясь что-то возразить, но промолчал, решив дослушать командира.

– Я уже обговорил кое-какие детали данной операции с тем, кто передал мне этот приказ, – сказал капитан. – Объяснил, что вперёд батальона стоит отправить пару солдат: моего сына и его друга – гнома с хорошими связями в землях Черногорья.

Мол, вы сможете обеспечить гарантированный успех выполнения задачи по скрытой переброске войск на территорию противника, но вас надо мотивировать. Например, избавить от проклятых ошейников. Мне сразу дали добро на такие действия. И хоть я поручился за вас, но выбор тут за вами.

– Я согласен, – пожал плечами Волк. – Звучит неплохо. Главное, что ненавистную рожу нашего сержанта я не буду видеть хоть какое-то время.

– А я – нет. Пожалуй, откажусь, – заявил гном.

– Но ты же сначала согласился? – удивился его друг. – Что тебе не понравилось?

– Волк, я же рассказывал и очень много раз, почему меня изгнали соплеменники! Как ты представляешь моё возвращение в Черногорье? Одно дело, побывать там мимоходом, в составе марширующей армии. И совсем другое – вернуться туда, ходить-бродить везде, общаться с местными, в поисках нужных нам гномов.

– А в чём собственно проблема? Нет, я не забыл, как вечерами у походного костра, мы, бывало, выпивали вина, и ты заводил эту грустную историю своего изгнания, но извини, я не помню её целиком. Меня почти сразу настигал сон.

– То есть, – нахмурился гном, – когда ты уверял, что твой храп, это признак крайней заинтересованности к моим рассказам, ты уже не слушал, а на самом деле спал?

Волк развёл руками.

– Выкладывай Бальдар, что там за разногласия у тебя с твоим народом, – вмешался Бешеный Морж.

 – Поверь, уж я-то всё пойму. Ведь я тоже однажды был вынужден покинуть север – не по своей воле и с позором.

– Хорошо, я вам сейчас всё расскажу. Только обождите минутку, соберусь с мыслями. Тяжело это всё вспоминать для меня, очень тяжело…

Гном печально вздохнул, достал из кармана трубочку, неторопливо набил её табачком, поджёг, раскурил и глубоко затянулся.