Рунная Печать

Если ты достаточно умён, мне не придётся напоминать тебе об этом разговоре ещё раз.

– Не придётся, – ответил Маркус, кивая головой. – Ясно, что сотрудничество эльфа и принца подошло к концу. Но я уверен, что впереди нас ждут новые дела – между эльфом и королём!

Он тихо рассмеялся и легко спрыгнул с террасы вниз на тропинку.

Что он хотел этим сказать?

Любой из ответов на данный вопрос был неприятен принцу.

– Ты не осмелишься на шантаж, подлец! – Годрик в ярости сжал кулаки и шагнул к краю террасы за Маркусом, но того уже и след простыл.

Принц замер в растерянности.

Послышался ли ему новый смешок – или это всего лишь ветер шелестел листвой?

Годрик выругался, подхватил свой меч и направился во дворец.

Таверна «Вдали от службы» очень высоко ценилась среди других подобных заведений. Тут всегда толпился народ. Очевидно, дело было в удачном расположении трактира – на пути из казарм королевского замка, рядом с западным входом в город.

Стражники, вернувшиеся со смены, были не только завсегдатаями, готовыми опрокинуть пару-другую кружек пива, но и источниками свежих новостей – по большей части из разряда дворцовых сплетен.

Здесь же всегда можно было встретить и военных вербовщиков. Деревенские ребята, наёмники и вообще все крепкие парни, готовые за небольшие деньги встать под знамёна Эвернорта, первым делом шли именно в это заведение. Поэтому, когда в таверну ввалились два типично выглядящих солдата удачи – высокий широкоплечий северянин и низкий, но не менее крепко сложенный гном, никакой особой реакции, у собравшейся здесь публики, это появление не вызвало.

На варваре были потрёпанные охотничьи сапоги, просторные штаны с множеством карманов, сотканные из грубой серой ткани, и кожаная безрукавка. Крест-накрест через его грудь шла перевязь, сплетённая на спине в крепление для огромного двуручного молота. На первый взгляд, варвар казался не слишком-то и опасным.

Это обманчивое впечатление возникало из-за полного отсутствия растительности на голове, и слегка наивного, глуповатого, выражения лица. Впрочем, приглядевшись, можно было рассмотреть на открытых участках его тела многочисленные шрамы – следы прежних ран. Внимательному наблюдателю сразу же становилось понятно, что молодой северянин, всё же являлся опытным воином, не раз попадавшим в суровые переделки, и сумевшим при этом остаться в живых.