Попаданка, которая гуляет сама по себе

Именно тело задаст силу броску, а локоть и кисть — вращение и направление движения.

— Ты, главное, скажи ей, что нельзя сильно отклонять руку назад, — посоветовал орк, который продолжал держаться на расстоянии, поглядывая с опаской на Таню.

— Кстати, да — это очень важно! — Бартерлек размахнулся, но бросать не стал. — Запомни: при отклонении от вертикальной линии хотя бы в один палец, топор уже не сможет попасть в «яблочко» на расстоянии четырёх полных шагов, а если придётся метать на все двадцать пять, то он вообще не попадёт в цель.

— Протянул топорик Тане: — Давай-ка, попробуй.

Татьяна в точности повторила движения за Бартерлеком. Прицелилась и бросила сначала правой рукой и тут же следом метнула левой. У орков пооткрывались рты. Оба топора сидели в щитке у самого центра. Орчанки ликовали. А Таня с радостным смехом помчалась к щитку, выдернула их и счастливо запрыгала на месте, лихо перебирая ногами.

— Кто Чинганчук? — воинственно потрясла топорами над головой. — Я — Чинганчук! — Остановилась и в смятении обвела взглядом собравшихся.

Орки в немом изумлении взирали на девушку. «Не хватало ещё, чтобы они это запомнили!» Строго оглядела зрителей и твёрдо произнесла:

— Не повторять!

Все согласно покивали. Но что-то подсказывало, что танец индейцев возымел совсем другой эффект. Таня прошла на позицию.

— Ещё какие-нибудь советы будут? — ожидающе посмотрела на орков.

— Бартерлек, ты это… — не выдержал орк, который всё это время стоял отдельно от всех. — Скажи ей, что ещё очень важен клич во время броска.

— О да! — Как ни странно, но этот совет единодушно поддержали все.

Таня недоумённо переводила взгляд с одного лица на другое.

— Это значит, что нужно свои броски посвящать кому-то или чему-то, — вмешалась в разговор Дранкива, стараясь не встречаться взглядом с Бартерлеком. Она подошла и тихо поясняла: — Тому, что ты искренне почитаешь. И кричать нужно с чувством.

— Конечно, непонятно для чего это нужно, но раз так положено... — Таня усиленно пыталась вспомнить, что же она так сильно почитала в прежней жизни.

Но больше, чем рисовать и слушать музыку, она не любила ничего. И тут её осенило: — Я знаю!

Прошла на позицию, одновременно обеими руками красиво провернула рукояти топоров, поочередно выполнила замах сначала правой — отправляя его в полёт, а следом и левой. Во всю мощь лёгких закричала:

— Имеджин драгонс!

Оба топора красиво торчали в мишени. Таня обернулась. Улыбка сползла с лица. Орки очень серьёзно смотрели на неё.