Поцелуй меня, любимый

— Милада, не в силах совладать со своими эмоциями, распахнула жилетку, демонстрируя жилистый живот с кубиками и грудь колесом. — Да вы только посмотрите на это безобразие: у меня же тут волосы растут. — Воины, как один, тут же с силой зажмурили глаза, а Сван смущённо отвернулся. Милада попыталась выдернуть несколько волосков. — Может, побрить всё это безобразие по-быстрому?

— Нет! — запротестовали воины разом.

— Ваше Высочество, собирайтесь уже. Вам давно пора быть в королевском саду. Иначе ваше отсутствие расценят как трусость.

— Значит, не дадите рубашку, чтобы срамоту прикрыть? — на всякий случай ещё раз уточнила Милада, застёгивая пуговицы. Жилет был настолько ей не по размеру, что его можно было надеть на себя, не расстёгивая.

Воины стояли молча, укоризненно глядя на неё.

— Берите свой меч и пойдёмте уже. — Сван беспокоился за состояние девушки. Хоть у них вчера и получилось уйти пораньше с пира, но принцесса долго не могла заснуть и беспокойно ходила по комнате. Он слышал, как она всё время тяжело вздыхала.

Уж какие тревожные думы её одолевали? Никто не ведал. — Ваше Высочество, — он дотронулся до плеча степняка. — Если вы хотя бы немного сомневаетесь в своих силах, то лучше не ходить; скажем потом, что вы заболели, например, переели заморских неизвестных блюд, и ваш желудок дал послабление.

— Это ещё какое такое послабление? — переспросила Милада, подозрительно прищуриваясь. Догадка пришла сама собой: — Да вы что? Не бывать этому! Пойдёмте быстрее.

И Милада рванула из покоев, а воины бросились догонять её.

В саду было многолюдно. Гости делали вид, что вышли с утра на прогулку, но как только на дорожке показался пранадармец, все помчались в ту сторону, где в ожидании расхаживал зачинщик этого поединка.

— Ну где же он? — нетерпеливо поинтересовался Гаруф, осторожно раздвигая ветки бурно цветущего кустарника; его волосы были сплошь покрыты розовыми лепестками. — В такую рань пришлось подняться, — обиженно посетовал он, — а они всё никак не начнут.

— Он придёт, Ваше Величество, — уверенно произнёс Мидин, выбираясь на дорожку; он немного отошёл в сторону, чтобы было видно Восточную башню и подходы к ней.

— А моя дочь здесь? — сладко зевая поинтересовался Гаруф.

— Да. — Мидин прищурился: он заметил какое-то движение вдалеке, теперь оставалось только убедиться, что это именно тот человек, которого все так ждали. — Её Высочество со своей сестрой прячется среди придворных дам.