Поцелуй меня, любимый

— А тебя, предатель, убью первым, — пообещал Невер, забираясь вместе с Данияром в одну из повозок и помогая другу удобнее устроиться среди тюков, насколько это было возможно сделать со скованными руками. — За Миладушку, за то, что продался врагам нашим, что забыл о родном доме, оставил пост, за который должен был отвечать своей жизнью. Вот этими руками задушу, — угрожающе потряс кандалами и брезгливо сплюнул.

Сван пожал плечами, мол, на всё воля богов, но сам выглядел уж очень довольным, и у него подозрительно блестели глаза, когда он помогал Данияру улечься в повозке, правда, от своего друга он старался держаться подальше.

— Держись, Данияр, — прошептал Сван, пытаясь подложить под голову друга ещё один мешок с дарами от правителя Эграна. — Скоро тебе станет легче.

— Лучше убей меня сразу, — попросил Данияр. — Чего тянешь?

— Я скажу так: для каждого события своё время! — Сван ободряюще посмотрел на побратима и спрыгнул с повозки, чтобы помочь остальным пленникам.

Глава 24

Во дворе вдруг стало очень тихо.

Взоры присутствующих обратились к процессии, которая безмолвно приближалась к повозкам. Со стороны дворца лёгкой поступью двигались придворные дамы в изящных нарядах. Впереди всех, в окружении своих верных слуг, которые были одеты для путешествия, шла Чанлиф. На ней были чёрные одежды, точно такие же, в которых она однажды собиралась бежать из дворца, за спиной виднелись рукояти мечей, а её лицо закрывала прозрачная тонкая вуаль. И хоть она была одета в мужскую одежду, ни у кого не возникло сомнений, что перед ними женщина. Не осталось ни одного равнодушного мужчины, даже искольские пленники притихли и наблюдали в немом изумлении за приближением прекрасного видения.

— Невер, — с восхищённым придыханием позвал Данияр друга, не в силах отвести своего взора от прекрасной девы, даже приподнялся на локтях, чтобы лучше разглядеть. — Я уже умер? — тихо спросил он.

— Нет, друг мой, — твёрдо ответил Невер. — Ты жив, и нам предстоит очень трудный путь в земли Серебряной Завлуди.

— И быстро пояснил: — Миладушку надо выручить из полона!

Заморская принцесса гордо проплыла мимо повозок с пленниками, не удостоив их взглядом. Да и не до этого ей было! Чанлиф никого и ничего не видела, кроме своего степняка, который с озабоченным видом продолжал отдавать распоряжения своим воинам и, между делом, поправлял подпругу своей лошади.

“Милый. Милый мой степняк! — Чанлиф улыбалась. — Ты выбрал меня. — Сердце пело и ликовало.