Объект закрытого доступа

Тогда порежь еду и разложи ее по тарелкам. Помоюсь и выпью с тобой за знакомство.

– Вот это дело! – одобрил Пташка Божья.

Когда Али вышел из душа, мясо, сыр и лимон были аккуратно нарезаны и красиво разложены по тарелкам. Бутылку Пташка Божья поставил в центр стола – очень уж она была красива, приземистая, матовая, с длинным узким горлышком, – любо-дорого посмотреть.

Али окинул взглядом стол и удовлетворенно кивнул:

– Молодец, старик. Сделал все, как надо.

– А как же, – с подобострастной улыбкой ответил Пташка Божья, предлагая гостю стул.

 – Как говаривал Антон Палыч Чехов, в приличном доме все должно быть прилично: и жильцы, и стол.

Али сел на стул и взял со стола бутылку. Отвинтил крышечку, глянул на стол и нахмурился:

– А стаканы забыл, старик?

– Ох ты, черт! – хлопнул по колену Пташка Божья. – Мигом исправлю!

Через несколько секунд стаканы были на столе, и Али наполнил их ароматным золотистым коньяком.

– Давай по первой.

Как там у вас говорится… чтоб не в последний раз, так?

Не дожидаясь ответа, Али залпом опрокинул коньяк в глотку.

– Точно. Дай Бог, не последняя! – кивнул Пташка Божья и поспешно последовал его примеру. Поставив опустевший стакан на стол, он закусил мясом и спросил своего жильца: – Сам-то ты откуда будешь?

– Я-то? – Али прищурил черные, насмешливые глаза. – Из Новороссийска. Бывал там когда-нибудь?

– Не-а. Но много слышал. Там у вас вроде море недалеко?

– Недалеко, – согласился Али.

Он снова наполнил стаканы, на этот раз доверху, и зябко передернул волосатыми плечами. – Что-то нехорошо мне, старик. Знобит. Сквозняк тут у тебя, что ли?

– Есть немного, – согласился Пташка Божья и тут же заботливо поинтересовался: – А ты, часом, не простыл? С дороги-то всякое бывает.

– Да, – кивнул горбоносый Али. – Простыл. Наверное, простыл. Давай за дружбу народов.

Он поднес стакан к губам и пил, не отрываясь, пока стакан не опустел.

И тут же наполнил его снова.

– Так пьешь, будто за тобой гонятся, – с укором сказал Пташка Божья.

Али стрельнул на старика черными глазами и сипло сказал:

– Простыл я. А это… – он кивнул подбородком на стакан, – мое лекарство. Понял?

– Понял, как не понять.

– Тогда твое здоровье. – И странный гость снова присосался к стакану с коньяком.

Бутылка опустела очень быстро.