Гадости драконьей рыбалки

Успокоить ее сразу не вышло, язык прародителей, который должны были знать жрецы, чтобы обучить отдаваемых на обмен дев, явно был ей незнаком.

Подключив магией лингвистический переводчик, Асеш попытался объяснить дурехе, что лучше отдать сокровище добровольно. Однако эта ненормальная повела себя так, как ни одна здравомыслящая женщина любой расы не будет вести себя с драконом. Она стала отползать, при этом еще прикрыв одной рукой грудь и заслонив пальцами драгоценную жемчужину.

Инстинкт хищника взвыл, и вот вторая ипостась уже просится наружу, сметая барьеры контроля и здравомыслия.

Прижав девчонку к кровати, Асеш трансформировал указательный палец и выпустил коготь.

Он только попытался подцепить упрямое украшение, но жемчужина, похоже, накрепко приросла к коже. В итоге острый коготь только поцарапал девушку. В ноздри ударил запах крови, а громкий визг заставил отпрыгнуть. Слизнув кровь с пальца, дракон расплевался от металлического соленого привкуса, а девица орала, пытаясь осмотреть рану.

Того, что жемчужина вдруг растворится в человечке, сделав ее кожу молочно-перламутровой, манящей, как драгоценность, мужчина никак не ожидал. Замолчав, незнакомка рассматривала свои руки, а в Асеше поднималась волна туго скрученной спирали раздражения.

«Я теперь эту визгливую дамочку в сокровищницу должен сунуть?!» — взвыл он про себя, пытаясь вспомнить, существует ли заклинание, чтобы отделить артефакт от человека. Вся суть повелителя волн взбунтовалась, представив постороннюю женщину среди драгоценных трофеев, тысячелетиями собираемых его предками.

Хвост почти вырвавшейся магической драконьей ипостаси взметнул тело мужчины к потолку, породив очередной мерзкий вопль. Ругая себя и возвращая контроль, Асеш попытался донести до женщины все произошедшее, но глупая человечка только и смогла услышать в его объяснениях одно слово: «товар».

«Все они одинаковые. Только бы купить какую-нибудь ерунду, а какой расы девица — совершенно не имеет значения», — фыркнул он про себя, гася новую вспышку раздражения и объясняя рыжеволосой, что ее ждет.

Неблагодарная истеричка не оценила широкого жеста и посмела в ответ его оскорбить! Его, чья чешуя и шикарные усы, острые зубы и ультрамариновые глаза в янтарно-коричневую крапинку свели с ума не одну драконицу.

Она назвала его страшной башкой! Слепая, лишенная чувства прекрасного сухопутная крабиха.