Преломление

Матушка прочла меня, и с бледных уст слетело благословение. Мне на плечи легли прощальные объятия.

Я спустился в башню. Стражники громыхнули королевским приказом – никого не впускать, кроме целителей. Пришлось грубо доказать, что я целитель.

...Черный ход замка. Наши с Делаврой спины стиснуты, в сумраке факелов вспыхивает броня, со всех сторон гром. Меч рубит гвардейцев как бурдюки с вином, алые струи со свистом режут других. Чую их страх, на лету рождающий ярость. Знают, что вспорю им кишки, а Делавра заживо сожжет, но если нас упустят, кишки им вспорет король.

Встает тишина, запах металла, пол похож на красное болото с железными кочками, шаг, и они тонут, хлюпают. Это лишь первые, надо задержать остальных. Делавра извергает пламя, и болото гудит огненной стеной, ползет удушливая гарь. Мы бежим во тьму, к следующему повороту, каменные плиты сменяются скользкой землей, свет меркнет. Уже близко... Глаза Делавры освещают дорогу.

– Это не меняет ничего, – дышит она.

– Ты убил моего отца, и я тебе отомщу.

– Я убил Шазура в честной битве...

– Я его дочь.

– ...и потому месть должна быть честной. Дуэль.

– Прекрасно.

Ныряем в багряный океан вечера, река белыми лезвиями дерет кожу, переплываем, сети ветвей и трав ловят нас, а мы до темноты их рубим. Нам дает приют глубокий овраг, на дне разводим костерок. Мою спутницу глотает ночь, спустя минуту Делавра возвращается с тушкой зайца... Мясо шипит на вертеле, вместо приправ слова о поединке.

Уславливаемся биться недалко от оврага, на каменистой проплешине.

– Если победишь – убьешь, – говорю. – Если проиграешь... этой ночью будешь моей. На следующую дуэль повторится.

– Мечтаешь? Мечтай, пока есть чем. Ты не видел меня в полной силе.

– Увижу, потрогаю... Времени куча.

Она ухмыляется, но зайца едим вместе – пир заслуженный. Слизываю с губ капли заячьего жира, взгляд тянется к прикрытому лентами волос телу Делавры, плету в небе созвездия. Возможно, грядущая ночь последняя, буду гореть, как этот заяц.

А может – самая сладостная, и взойдет иной огонь, изнутри. Сегодня дорога закончится, начнется другая. Наслаждаюсь каждым мгновением, нет ничего ужаснее и краше предвкушения.

 

Я... Танор?

Боли полон каждый мускул, грудь пылает, в голове будто остывающая после пожара долина, а выгнутое небо – то, что вижу сейчас: закрытая книга в красном твердом переплете, простая в линиях кровать.