Ученица чародея

Это интуиция, о которой так часто говорит Атрей, или самое обыкновенное отсутствие здравого смысла?.. В любом случае, я решила рискнуть, даже если это глупо.

Поспешно одевшись, выскользнула за дверь. Коридор пуст и тих. Светильники отбрасывают причудливые тени. Шаги приглушенным эхом отражаются от холодных равнодушных стен. Так, в библиотеку нужно повернуть направо, налево, потом еще раз налево?

После пары поворотов стало понятно, что уверенность была преждевременна. Без карты тут не обойтись. Ну и ладно, все равно прогулка получается интересной.

Совершенно случайно в одном из боковых коридоров я наткнулась на галерею с портретами семьи лорда Хартманна. Надо же, как любопытно. Перехожу от портрета к портрету. Марк так похож на свою мать, симпатичную женщину  с красивой улыбкой. Художнику удалось передать веселый огонек в ее глазах. С полотна она смотрит так, словно готова в любой момент отпустить веселую шутку и сама же над ней посмеяться.

Закончив с картинами, бесшумно двигаюсь дальше. Забавно, брожу здесь уже не меньше получаса и все еще никого не встретила.

Замок пустынен и тих, словно зачарован какой-то волшебницей. С другой стороны, время позднее и все порядочные люди уже спят, только я брожу, как привидение.

Свернув еще пару раз, выхожу к узкой лестнице, явно предназначенной для слуг. Спускаюсь. Тихонько толкаю изъеденную временем, но все еще прочную и основательную дубовую дверь, которая бесшумно отворилась и явила моему взору озаренную теплым светом кухню.

Среди рядов начищенных кастрюль и сковородок, в полном одиночестве стоит высокий худощавый мужчина в черном фартуке, колдует над маленьким сотейником, пыхтящим на плите.

Человек поднял голову и смерил меня внимательным взглядом. Я не могу определить его возраст по внешности. Пожалуй, этот человек из той категории людей, которым одновременно может быть и тридцать, и сорок, и даже пятьдесят лет. Темные волосы слегка тронуты сединой, суровое лицо не выдает никаких эмоций, узкие губы сжаты в тонкую нить, темно-карие глаза смотрят одновременно внимательно и равнодушно. Наконец, словно удовлетворившись осмотром, он выдаёт вердикт:

- Горячий шоколад с кардамоном, имбирём и звездчатым анисом. Это очевидно.

Занятно, но в этот момент он похож на какое-то светило медицины, только что вынесшее диагноз.

- Что, простите?

- Достаньте маленькую кастрюльку и налейте туда молока! - ответил он, уже не глядя на меня. Все внимание его вновь поглощено сотейником.

Я замялась.