Рыцарь лома и топора

Контролирующий орган на этот раз нагло протянул руку с раскрытой ладонью. В руках сатира, неизвестно откуда, появился небольшой кожаный мешочек, по всему было видно – увесистый. Мешочек перекочевал из руки сатира в ладонь гвардейца.

“Все, – понял Коля. – Можно ехать дальше”.

– Поехали, – произнес сатир, вернувшись в автомобиль.

– Что ему было надо‑то? – спросил Коля.

– Говорит, твоя тачка по их базе данных числится в угоне. Пришлось дать в лапу.

– Что за геллахерня! Какой угон?!

– С властями лучше не спорить, – ответил сатир.

– С властями надо дружить. Они всегда правы.

“Какой угон? – тупо соображал Коля и тут вспомнил, что дал подписку о невыезде. – Неужели меня и здесь этот майор достал?”

– Надеюсь, ты ему не императорской чеканки монеты отдал? – спросила нимфа сатира, после того как автомобиль свернул на развилке налево и покатил туда, где среди редких чахлых деревьев виднелись стены небольших домиков под черепичными крышами.

– Я ему всучил фальшивки высшего качества, – гордо ответил сатир. – Он будет доволен.

Кстати, ты права. Император здесь.

– Я никогда не ошибаюсь, – важно произнесла нимфа.

– Ого‑го! Это как это! – забеспокоился вдруг Петрысь. – Как же это оно!

– Что случилось, дорогой? – спросила нимфа.

– Это рощу всю бабах! Как же это?! По генплану нельзя это было! По проекту нельзя. Памятник истории это тут! – Петрысь схватился за голову и начал подскакивать на месте.

– Это он про рощу Зевса, – догадался сатир. – Вырубили рощу, Петя! Под корень вырубили священное место под расширение Олимпийской деревни и строительство спортивных объектов.

А что ты хотел? Бизнес есть бизнес! Народ прибывает, готов деньги платить. Вот и вырубили. Кстати, Петя, ты говорил, что в храме, который ты построил, бог сидит?

– Это да! – закивал Петрысь. – Там Зевс золотой.

– У этого Зевса, Петя, уже давно голова римского императора Нерона с золотым венком. Вот так‑то! Здесь многое поменялось. Тормози, рыцарь. Мы прибыли. Сюда сверни. Здесь временная парковка.

Коля свернул направо перед внушительным зданием с высокой колоннадой на входе, со статуями голых мускулистых людей по сторонам крыльца, и вклинил автомобиль меж скопившихся здесь нескольких десятков колесниц.

Перед крыльцом и на самих ступенях топтался разносортно одетый народ.

– Можете выйти, размять копыта, – бодро произнес сатир, выскакивая из машины. – А я пошел. Буду нас регистрировать, как положено. Попробую без очереди пролезть, а то тут до вечера простоишь. Вон сколько народу на крыльце.