Новые приключения Арбузика и Бебешки

Под Кунгуром их уже разбили. Атаман Белгородов откатился от заводов. Челябинск, взятый повстанцами, наверное самый крупный успех в Сибири, опять под осадой. Разбиты и толпы, наступающие на Тобольск, Екаринбург и к Лавре.

Но это не так страшно, у пугачевцев в Сибири все равно подавляющий перевес в силах, и Урал, если врага побить здесь, никуда не уйдет. Главное порядок держать и свой арсенал восполнить. Кстати, есть подозрение у Кожедуба, что во время гуляний на царской свадьбе часть ружей и пороха спустили казаки киргизам и прочим кочевникам.

Иначе, куда арсенал подевался?

Штурм, конечно же, наметили на ночь, что было вполне естественно, но так, чтобы как раз наступил весенний рассвет и крестьяне с казаками не перестреляли друг друга. Но как раз все началось с активной и истеричной пальбы из пушек.

Губернатор Оренбурга Рейдскоп, тучный и малопривлекательный немец, не отличался военными талантами, да и управленческими тоже, но город пока держал. Правой его рукой стал прорвавшийся еще в ноябре бригадир Корф.

Вместе с ним пришло пополнение, полторы тысячи пехоты и тысяча конных. Но эти войска имели слабую боевую выучку, а скакуны сильно отощали за время перехода и сейчас почти все околели, или были пущены на солдатские похлебки.

В Оренбурге голодно - пуд зерна стоит тринадцать рублей - хотя до осады цена колебалась в зависимости от сезона от двадцати до тридцати копеек. Казаков осталось меньше сотни и все, или богатые, или родственники толстого Матюши. Остальные под шумок обстрелов, или по ночам уматывались.

Перебегали и солдаты, и изредка офицеры. Гарнизон поредел и отощал, солдаты неохотно бегут на стены, мундиры на них колышутся словно мешки. Норму хлеба опять урезали.

Уже и случаи людоедства нередкие. Некоторые умники как, например, профессор Колобков, предложили питаться перемолов старую кожу и покрошив её в муку. Оригинальная идея вылилась в массовый понос и болезни желудков.

Но Колобков сейчас спешит на стену и кричит:

- Браво! Наконец-то Голицын прорвался к крепости!

Губернатор растерян.

.. Комендант Оренбурга бригадир Синицын осторожно замечает:

- Тут может быть...

Корф перебивает и бычится, ревет:

- Мин Херц! Это наши прорвались! Сейчас бунтари разбегутся!

Губернатор, тряся двойным подбородком, спросил:

- Может на вылазку, или...

Оба бригадира замялись... Вылазку сделать большой соблазн, но и опасно. Вдруг пугачевцы одолеют Голицына? В свое время, когда атаковали под боком Чернышева, и пальцам не пошевелили.