Не сказка, а жизнь (книга 2)

– И ещё кентавры, – Конан отобрал кувшин у Людвига, который после своей короткой речи сразу же начал клевать носом. – Мы, твоё величество, по пути наткнулись на здоровенный табун полуконей, которых старейшины изгнали – голод у них там. Натуральные разбойники – уж ты мне верь, я и сам немало поразбойничал. Грабят всех, кто по пути попадётся. И вино у них дрянное.

– Только кентавров-бандитов нам не хватало, – простонал Горох.

– Батя, я тут подумал… – начал Ваня.

Услышав, что сказал побратим, Конан поперхнулся вином.

Людвиг вынырнул из состояния полуастральной медитации, вызванной переизбытком хмельного в организме. Грыст, выронил здоровенный сухарь, который он стащил у кухарки по пути в царские палаты.

– Неужели подумал? Не может быть! – Горох округлил глаза.

– Да, я подумал, а почему бы нам не сделать из кентавров сторожей наших южных границ? А что: они бегают быстро и стреляют неплохо. Сообща даже Конана с Людвигом одолели. Кентавры сейчас бродяжничают, куда приткнуться, не знают.

Ты, батя, разреши им поселиться у нас на южных рубежах, взамен они будут наши границы стеречь. А если им ещё и жалование хоть небольшое положить, да еду с выпивкой посылать…

Все присутствующие застыли в изумлении.

– Сам придумал? – прокашлявшись, спросил Горох.

– Почти. Конан как-то рассказывал про наёмников, а я вспомнил. Так что, батя, если уговоришь кентавров – про кочевников можно надолго забыть.

– А говорили "дурак, дурак", – пробормотал варвар.

Тролль и рыцарь ошарашенно переглядывались друг с другом.

Наконец Грыст нашёл в себе силы пробормотать "Левел ап, однако". Ваня, гордый произведённым эффектом, закончил мысль:

– В общем, батя, теперь ты едешь с нами.

– Во-первых, остаются ещё орки-революционеры. А во-вторых, вопрос с кентаврами пока не решён. Надо послать кого-то, чтобы они узнали о свалившемся на них счастье. Вот только кого?

Задав последний вопрос, царь задумчиво уставился на сына. Ваня поёрзал и отрицательно покачал головой.

– Нельзя мне. Вий приказал Ваську искать. А ему космическая сила приказала.

– Тогда, может, Людвиг? Ты ж прирождённый дипломат.

– Нельзя мне. Они коня моего сожрали. Боюсь…

– Поубивать их?

– Нет, спиться на тризне.

Причина была более чем уважительная, и Горох перевёл взгляд на киммерийца. Тот только рукой махнул.

– И мне нельзя. Ежели не я, то кто за Ваней на том свете присмотрит?

В этот момент со двора раздался дикий вопль.