Не сказка, а жизнь (книга 2)

– Больно!

– Хорошо, сейчас исправлюсь, – он поспешно ткнул в зелёный бок ещё раз.

– Хых. Щекотно.

– Блин, то больно, то щекотно. Как же тебя тыкать тогда? – возмутился Ваня.

– Нежно, но сильно, – ответила лягушка, чем ввела богатыря в полный ступор. – Кстати, надо говорить не "блин", а "какой конфуз". Короче, иди, на кошках сначала потренируйся.

– Не советую, – промолвил Серый, вспомнив Бруню. – Лучше здесь приёмы осваивай.

Пока Ваня осваивал основы ухаживания за представителями отряда земноводных, Иван судорожно искал по шкафам спиртное – жалким результатом поисков явилась банка пива и початая бутылка красного вина.

– Шимми, я до ближайшего магазина, а вы с Шанелью накрывайте стол. Нет, не алмазный, а нормальный из угла достань. Сергей Вольфович, вы куда? Скоро Шанель приготовит мясо. Торопитесь? Что ж, рад знакомству. Будет время – заходите к нам, адрес знаете.

Пока Иван бегал в ближайший магазин, а Шимми с Шанелью готовили праздничный стол, Мила развлекала гостей телевизором. В принципе, трое богатырей уже знали о яблочно-тарелочной модификации телевизора, а потому удивились говорящей коробке, но не особо.

Во всяком случае, не настолько, насколько того хотелось Миле. Лягушка, души не чаявшая в телеящике, решила усилить впечатление и разок колдонула.

Когда Иван вернулся из магазина, вся честная компания в полном составе встретила его около дома. Как выяснилось, Мила создала эффект присутствия к телевизору. Поначалу всё шло неплохо: на экране у берега, заросшего соснами, плескалось море, а в комнате пахло солёным ветром и хвоей.

Но потом Мила переключила канал и наткнулась на "Возвращение живых мертвецов"…

Воздух в доме очистился от запаха тухлятины только час спустя, но сидеть в комнате всё равно было невозможно. Стол накрыли под яблонями в саду, благо, дождя не предвиделось. Правда, атмосферу изредка портила зелёная будка, то и дело норовившая "стать под ветер", но все дружно решили, что это колдовство Милы не идёт ни в какое сравнение с тем, что осталось в доме, а потому перестали обращать на блуждающий сортир внимание.

Богатыри, у Святогора не пившие ничего, крепче чая, с неодобрением смотрели на Прошина, разливавшего по маленьким стаканчикам прозрачную жидкость. Ваня и Людвиг сумели промолчать, а Конан со всей врождённой киммерийской деликатностью осведомился:

– Иван, надеюсь, ты сейчас не споласкиваешь посуду? А даже если и так, то в такие стаканчики только жлоб-евнух в кощеевом замке разливал.