Осужден и забыт

Краем глаза я рассмотрел цифры на ней – «$25 000».

– Это ваш гонорар.

Михайлов положил деньги на стол, через секунду пачку накрыл продолговатый чек, выписанный Владиславом Михайловым.

– А это от меня.

– Причем, – сказал Константин Михайлов, – ваш гонорар не зависит от успешного или неуспешного исхода дела.

Пачка зеленых и чек на столе (кстати, на нем тоже значилась пятизначная цифра) приковывали внимание. Внутренний голос твердил: «Соглашайся, Гордеев, соглашайся! Где еще ты раздобудешь столько денег?!» В конце концов, чего я теряю? Голос разума произнес: «Ты, Гордеев, можешь потерять самое ценное, что у тебя есть, – жизнь».

Но я сделал вид, что не слышу этот голос.

– Ну ладно, – наконец произнес я, – официально наше соглашение я оформлю в Москве в нашей юрконсультации. Но имейте в виду, я все равно считаю это дело безнадежным и очень опасным. Второго я не боюсь, а вот по поводу первого хочу, чтобы вы не испытывали никаких иллюзий. Вероятность, что из этой затеи что-нибудь получится, – ноль целых одна сотая процента.

Младший Михайлов разлил коньяк по рюмочкам.

– Я надеюсь, вы не откажетесь выпить за успех нашего дела? Даже с такой маленькой надеждой на успех?

Я взял рюмку, чокнулся с братьями и, преодолевая отвращение к спиртному, выпил. Густая ароматная жидкость чуть обожгла нёбо, согрела гортань и растеклась по внутренностям приятным теплом. Неожиданно я почувствовал себя в сто раз лучше. Голова прояснилась, настроение поднялось, жилы наполнились энергией.

Теперь я ни секунды не сомневался в том, что принял правильное решение, согласившись взяться за это дело. Плюньте в лицо тому человеку, который скажет, что опохмеляться – вредно! Человечество за многие тысячи лет своего существования не изобрело средства лучше, чем рюмка хорошего спиртного наутро после пьянки!

Братья с удовлетворением наблюдали, как только что нанятый ими адвокат расправляет плечи, будто сдутый надувной матрас, если к нему подключить компрессор. А Владислав Михайлов не преминул снова наполнить рюмки, которые тотчас же были опустошены.

– Ну что же, – произнес я после второй, когда мне стало совсем хорошо, – хотите, чтобы ваш отец был реабилитирован, значит, будем действовать в этом направлении. Итак, если исходить из того, что Алексей Михайлов был расстрелян именно тогда, когда указано в ответе на ваш запрос…

– Что весьма сомнительно, если обратить внимание на штамп.

– Я думаю, о штампе нам пока что нужно помалкивать.