Ночной снайпер

 – Мне родственники из Барнаула пару раз звонили, испугались, слышь? Мол, голос загробный им ответил или из космоса… До сих пор не привыкнут… Костя, я же просил тебя, ни на минуту не отходи, дождись звонка… – Он походил по номеру. – Вот почему до сих пор не позвонили, как ты считаешь?

– Трудно сказать. – Соломин пожал плечами. – Наверно, тоже видят сейчас, как угрохали Сережу… И раздумывают, а надо ли им в это ввязываться?

– Куда денутся… Уже ввязались… Значит, останешься здесь, будь на связи, ты понял? Но ни слова Рустаму о том, что в банке «Империал» заартачились! Пусть думает, что у нас все путем, и пусть поскорее выбивает правительственную гарантию на кредит… Это первое.

Второе. Позвонят из прокуратуры, этот Турецкий, скажешь, что ничего я не забыл, просто очень занят, если не сегодня после вечернего заседания, то завтра обязательно там буду. Все понял, да? Тогда я пошел!

Когда он вышел из номера, Соломин через некоторое время выключил телевизор, подошел к окну, несколько минут постоял, глядя на Манежную площадь с ее декорациями, уличную суету.

Решив, что времени прошло достаточно много и хозяин уже не вернется, если что-то забыл, он стал набирать номер на мобильном телефоне.

– Рустам Ибрагимович? – вполголоса спросил он. – Это я, Андрей.

– Привет, дорогой, что скажешь? – послышался рокочущий голос из далекого Нальчика.

– А что тут скажешь… Наверно, сами все видели по телевизору.

– Видел, да, бедный Сережа… – Он тяжко вздохнул.

 – Слушай, я ему завидовал, все ему завидовали, когда, помнишь, отдыхать к нам с супругой приезжал! Весь Нальчик сбежался на его Тамару посмотреть! Думали, сама Клавдия Шифер пожаловала! – цокнул языком Рустам Ибрагимович. – Такая женщина! И такое ей несчастье, ай-я-яй! Как она, бедная, сейчас переживает, а? Хоть есть там у вас, кому утешить бедную женщину?

– Хотите ей помочь? – хмыкнул Соломин.

– Нехороший разговор у нас, Андрей! – неодобрительно сказал, сменив тон, Рустам Ибрагимович.

 – Совсем нехороший! Человека убили, а мы о чем говорим?

– Вы сами спросили: есть кому ее утешить? – несколько растерялся Соломин.

– Я о родственниках спросил! – строго сказал абонент. – О Сережиных. Или о ее отце и матери… А ты что подумал? Родители у нее есть или нет?

– Н-не знаю, – тоскливо промямлил Соломин, посмотрев на часы. Он по опыту знал, что этого абонента лучше не прерывать напоминанием о делах.