Агент ноль-ноль-хвост

– Вы чего? – Меж курток показался зеленый глаз, подозрительно уставившийся на Ивана. – Чего вы? – И тут Кот заметил бутыль в руках друга. Глаз округлился. – Не вздумай, слышишь! Не…

Иван опрокинул бутыль и завертел рукой, обильно поливая торчащий из-под шарфов крупный зад Кота с выбивающим дробь хвостом.

– Мя-а-у-у! – завопил Кот, ощутив прикосновение прохладной жидкости к шкуре. Глаз исчез, зато ворох вещей взорвался, куртки с шарфами взвились в воздух.

Кот подлетел на добрые полтора метра, замолотил в воздухе лапами и, упав на пол, попытался скрыться в зале, но Василиса преградила ему путь.

– Стой, гадкий комок шерсти, или, клянусь, я сделаю из тебя коврик в прихожую! – вскинула она руки с напряженно вытянутыми пальцами.

Кот зашипел, махнул лапой и оскалился, как загнанный тигр. И тут Иван от души плеснул воды ему на голову. Немного попало в пасть. Кот завертелся на месте волчком, плюясь и подвывая, и вдруг растянулся на полу.

Из кухни в коридор выглянули любопытные дети.

– Кажись, сработало! – обрадовался Иван.

– Ничего не происходит. Может, прикидывается? – Василиса все еще не решалась опустить руки, держа их наготове с напряженными пальцами.

– С него станется, – сказал Иван, опустив руку с бутылью. – Кот, ты живой?

Усы Кота шевельнулись. По его телу прошла слабая судорога и из пасти потянулся бледный туманный шнур, все утолщаясь и собираясь кольцами.

Аленка, коротко вскрикнув, прикрыла ладошками рот.

Ванька удивленно распахнул глаза и облизнул ложку, которой только что уплетал повидло.

Василиса с Иваном попятились в разные стороны.

Туман все уплотнялся, превращаясь в длинное могучее тело невиданного змея, похожего на плотно пообедавшего удава. На крупной голове змея, величиной с бычью, прорезалась щель рта. Рот, усеянный острыми треугольными зубами, распахнулся, пыхнув дымом. На людей из-под низко нависших широких надбровных выростов уставились два уголька глаз.

С хлопком расправились широкие перепончатые уши, похожие на паруса вьетнамских джонок. На голове дыбом встал игольчатый гребень, а из круглых широких ноздрей вырвалось пламя. Змей высоко поднял голову, возносясь над людьми, и затрещал чешуей.

– Смертные! – громыхнул он. – Вы оставите меня наконец в покое, или вам помочь?

– А силенок хватит? – бросил Иван, подбоченясь и прищурив левый глаз.