Лето под подошвой

Руслана, со вздохом закатывая глаза, и косясь на ленивую подругу, подошла к балкону. Приложив максимум усилий, девушка потянула ручку на себя, отодвинув перед этим железный затвор. Дверь не поддалась, лишь протяжно затрещала, будто возмущаясь, что ее вытащили из многолетнего сна.

Александра, оторвав голову от мягкой, уже полюбившейся ей подушки, посмотрела на потуги соседки:

— Заклинило?

— Видимо, да…– отряхнув покрасневшие ладошки, Руся еще раз попыталась дернуть дверь, но та ни в какую не хотела открываться.

Ася встала с кровати, что стоило ей уже больших усилий, и подошла к подруге.

— Дай-ка я попробую.

Но и эта попытка не увенчалась успехом, а лишь заставила краску посыпаться со старого дерева.

— Намертво. — вынесла свой вердикт нахохлившаяся девчонка, упирая руки в боки.

— Да она издевается! Давай твоего папу позовем? — подруга раздраженно топнула ногой.

Отвернувшись, девушки хотели было отправиться на поиски Сергея, но вдруг услышали громкий скрип.

Дверь, до этого будто приклеенная, с легкостью отворилась на распашку, стукнувшись о стену. Вечерний свежий ветерок ворвался в комнату, перелистнув несколько страниц в блокноте Руси и взлохматив волосы застывшим в изумлении девушкам. Открыв рты, подруги уставились на балкон, который был просто частью крыши, не огражденный ничем, хоть бери и прыгай.

— Это что за…– начала Руслана.

— Фигня…– без колебаний закончила Ася.

В комнате раздался смешок.

Подруги переглянулись, поняв, что звук издала не одна из них, попятились к выходу, и, прибавив скорость, выбежали из комнаты, в которой уже разразился более явный зловещий, как в старых диснеевских мультиках, смех.

Оказавшись на улице и повернув за угол дома, девушки остановились, оставив позади так испугавшее их помещение.

— Слушай, здесь реально что-то не то… — прохрипела с отдышкой Ася, опёршись рукой о кирпичную стену дома и опустив голову вниз.

— Да ты что, реально?! А я не заметила. Я тебе с самого начала сказала, что здесь творится какая-то чертовщина.

Воцарилась тишина, прерываемая лишь цикадам, стрекочущими в кустах кизильника, теперь разросшегося в разные стороны, но когда-то образовывающего ровные подстриженные кубы, да далеким заливистым лаем собак из глубины деревьев. Солнце уже садилось за горизонт, словно оранжевый мячик, забытый соседскими детьми в дальнем уголке сада.