Поражающий агент

– Полковник, – сказал Меркулов, – вы предлагали разделить следствие по версиям. Себе хотели взять террористическую. Значит, эти двое мужчин, которых вы хотели закамуфлировать, имеют к ней непосредственное отношение. Давайте начистоту, кто они?

Ответ был не совсем ожиданный.

– Это женщины, а не мужчины, – сказал Иванчук. – Светлана Гуринович и Ольга Якимчук. Бывшие биатлонистки. Снайперши. В Чечне воевали. В Югославии. Потом снова в Чечне. Я за ними три года гонялся. Вот нашел наконец, пожалуйста.

Турецкий слегка обалдел от такой информации. Неужели все-таки террористическая версия?

Меркулов хладнокровно поинтересовался:

– Они что же, под своими именами летали? Почему вы уверены, что это именно они?

– Мы взяли человека, который документы для чеченцев изготавливал. С его слов составили список таких липовых паспортов. Там сотни полторы получилось. На весь самолет бы хватило. В числе прочих были эти – Якимчук и Гуринович. Девицы родом из Белоруссии, может, ностальгия замучила, черт его знает, но взяли они себе именно такие фамилии.

– Но откуда вы знаете?! – не выдержал Турецкий. – Так можно пальцем в небо попасть. С чего вы взяли, что это они? Я же видел останки пассажиров, там мало что определить можно. Идентификация тел в таком состоянии может занять недели. А вы ведь уже вчера были уверены, что…

– А съемка в аэропорту на что? – хмуро бросил Иванчук. – Там видеокамер натыкано – на каждом углу.

– Ну, блин, дела! – возмутился Турецкий. – У вас террористы среди бела дня на борт самолета поднимаются, вы их знаете в лицо, знаете пофамильно и ничего не можете сделать! Куда мы так придем?!

– Законы менять надо! – заорал в свою очередь Иванчук. – В израильском Бен-Гурионе пассажиры проходят четыре барьера контроля безопасности. Четыре! Всех досматривают спецнаблюдатели, составляют психологические портреты! Дальше пассажиры проходят через рентгеновские ворота.

– А что у нас?! – взвился Турецкий. – Колючей проволоки не хватает – всю страну обмотать?!

– Товарищи офицеры, – сказал Меркулов, – брэк.

– Что будем делать? – Турецкий как ни в чем не бывало повернулся к нему.

Меркулов, как всегда, соображал молниеносно.