Мой истинный - злодей, или Дело о пропавших козах

Другие истинной парой для метаморфа никогда не станут!

― Эй, мистрис Кастро! Да ты что, в обморок, что ли, упасть вздумала? ― Вскочила со своего места, обняла за плечи и принялась тормошить меня мистрис Навиаро. ― Ну-ка давай водички холодной хлебни!

Я перехватила стакан с водой из рук предсказательницы, поднесла к дрожащим губам, застучала зубами по краю.

― Что тут происходит? Мистрис Кастро! Опять вы? Что на этот раз с вами приключилось? ― В самый неподходящий миг раздался совсем рядом голос лорда-ректора.

― Ну же, я жду ответа!

Какое там ― ответить? От неожиданности я резко вдохнула, и вода, которую я не успела проглотить, тут же устремилась не в желудок, а в гортань, обожгла голосовые связки, и я судорожно закашлялась.

― Поперхнулась она! От неожиданности! ― ответила вместо меня мистрис Навиаро. ― Умеете вы, лорд-ректор, девушек пугать!

Лорд-ректор не растерялся. Отодвинул хлопочущую надо мной преподавательницу и, не особо экономя силы, шлепнул мне промеж лопаток ладонью.

У меня аж дух перехватило и глаза на лоб полезли!

И, пока я, словно рыба, безмолвно хватала воздух разинутым ртом, ректор ответил предсказательнице:

― А вы, мистрис Навиаро, как всегда беспощадны. Могли бы не напоминать, что мою ауру ни одна женщина долго не выдержит.

В словах лорда-ректора было столько горечи, что даже я, занятая тем, чтобы вдохнуть хоть каплю воздуха, эту горечь ощутила.

А потом, когда лорд-ректор взял меня за плечо и развернул к себе, чтобы заглянуть в лицо и убедиться, что я все еще дышу, я почувствовала кое-что еще…

Глава 4

Ладонь некроманта сжимала мое плечо.

Довольно сильно, но не до боли. Между ней и моей кожей было целых два слоя ткани: тонкая шерсть платья и плотное сукно мантии. А ощущение было такое, будто рука лорд-ректора касается даже не тела, а оголенных нервов.

От места соприкосновения вверх по шее, вниз по спине и груди медленно, но неотвратимо разливались волны тепла и разбегались толпы счастливых мурашек.

Под левой грудью и вовсе запекло так, будто к ребру приложили уголек.

Я знала, что это значит. Метка истинности. Она проснулась!

Теперь уже не обманешь себя размышлениями о том, что это не знак обретения пары, а просто сильное впечатление, игра воображения или влияние давящей некромагической ауры запредельной мощи. О нет! Аура лорда-ректора меня совершенно не угнетала. Я ее вообще не чувствовала. Но сердце сорвалось в галоп, заколотилось, как заполошное.