По агентурным данным

Вы ведь не сделаете нам ничего дурного? – кокетливо улыбнулась она.

– Никогда! Война кончена! Разве может арийский солдат обидеть столь прекрасные создания?

Девушки переглянулись, заулыбались.

– Вы позволите мне сделать пару снимков? Мирное население приветствует воинов-освободителей!

– Конечно! – Улыбки девушек становились все откровеннее.

– Сержант, встаньте рядом с темноволосой красавицей. Вот так!

Девушка, призывно улыбаясь красавчику сержанту, протянула ему букет.

– Прекрасно! – вскричал Тауб, наводя фотоаппарат.

 – Это будут оглушительные снимки!

Офицер смотрел из окна машины на эту сцену с презрительным удивлением. Вот тебе и вольнолюбивые французы. Темноволосая, с букетом, все поводит плечами и в глубоком вырезе колышется полная грудь. Да и подруги не отстают, пожирают Богеля похотливыми глазами. Эти три девицы готовы отдаться чуть ли не на ступенях церкви. Боже мой, какая гадость.

Он хотел уже дать команду ехать, когда увидел, что от кафе к церкви спешит, опираясь на палку, высокий худой старик.

И офицер с интересом стал ожидать развития событий. Съемка была закончена, Тауб зачехлил фотоаппарат, девица, отчаянно стреляя глазами, протянула цветы сержанту со словами: «Это вам!» Тот принял букет, широко улыбаясь, не сводя помутневшего от желаний взора с ее прелестей, колыхавшихся в глубоком декольте.

И тут удар палки выбил цветы из рук Богеля. Тот обернулся, увидев старика, схватился за пистолет. Старик стоял прямо, горящим ненавистью взглядом прошивая девиц.

На направленный на него ствол оружия он не обращал никакого внимания. Сержант перевел вопросительный взгляд на сидящего в машине офицера, но тот сделал запрещающий жест. Богель убрал оружие.

– Проститутки! Шлюхи! – кричал старик. – Отчего бы вам не задрать юбки и не подставить толстые зады прямо здесь и сейчас? Ваши браться гибнут от рук бошей, а вы готовы отдаться первому же из них. Грязные, подлые шлюхи!

Девушки замолчали. Старик круто развернулся и направился назад к кафе.

Богель все же не мог не отреагировать. Он поднял камень, швырнул вслед, но попал в витрину кафе. Стекла с грохотом посыпались вниз. Старик даже не обернулся.

– По машинам, – скомандовал офицер.

Настроение его явно улучшилось.

Когда они подъехали к огромной, побуревшей от времени, украшенной скульптурами арке ворот Сен-Дени, оказалось, что просторная площадь забита бронеавтомобилями и солдатами в серой форме.