Последний кудесник Руси

Совсем пустая комната, пустая зыбка, дитё с собой забрали. Значит, все в поле. Страда!

«Народ в поле», - мелькнула фраза, услышанное Алексеем давным-давно.

- Дома токмо домовой, доможил, хороможитель. Со своей кикиморой детишек успокаивают, те нещадно гоняют кошку. Не будь их, то я бы с Баюнком пообщался, но оный в угол под кровать забился от них, а Воструха спрятался на своём обычном месте за печкой.

Полуденик полетал перед избой.

- Ты ищешь кого-то?

- Да, - ответил ветерок, - обычно в это время дворовой сидел на завалинке, а теперь его не вижу… Ага, вон он где – под лопухами с Баганом и Вазилой беседует про охрану хозяйства, убережение его от воров и злыдней.

Им не до нас, пусть себе общаются. И Чур с ними! Вразумляет их, он же главный здесь… Ну, почти главный. Следит за порядком и всем таким… Ур-ур, помчались дальше.

Как понял Алексей, Полуденик терял всякий интерес ко всем серьёзным делам, ему лишь бы соваться всюду, забавляться, играть, проказничать.

Вот сейчас он закрутил кучку высохших листьев, выстроил из них в воздухе диковинную фигуру, напоминающую человеческую, и заставил её как бы плясать.

Но недолго с этим справлялся, скоро потерял концентрацию внимания, и листья разлетелись в разные стороны. Ветерок разметал их ещё дальше, а потом помчался дальше, позвав следовать за собой спутника…

Алексея кто-то тронул за ногу и тихо сказал:

- Просыпайся, хватит летать, мил-человек…

Алексей открыл глаза и увидел возле своей кровати Ванюшина.

- Завтрак готов, - сообщил кудесник.

– Вставай, собирайся и присоединяйся к нам.

С этими словами он повернулся и направился к выходу. Открывшаяся дверь позволила проникнуть в комнату яркому утреннему солнечному свету. Вместе с Ванюшиным из комнаты ушёл большой чёрный кот, с белыми лапками, которые создавали впечатление носочков на них. Он оглянулся, под его мордой находилось белое пятно, похожее на фартук-слюнявчик. Но Алексея поразили чрезвычайно умные – просто человеческие – кошачьи глаза. Кот что-то промурлыкал на прощание и его голос показался Алексею знакомым.

Хотя он не мог понять, чем именно.

Остатки сна ушли от Алексея. «Так это всё происходило во сне, - понял он. Сначала я сам читал кому-то лекцию о богах, а потом слушал Полуденика о разных и всяких божественных созданий… Божественные сны!..»

Скоро уже, размявшись и умывшись, почистив зубы, Алексей присоединился к Ванюшину, который сидел у дома за столешницей, уложенной на огромный пень.