Поймать и загрызть бабушку

Однако вот собрать заново конструкцию уже не успел, поскольку подхватил на стороне нехорошую болезнь и отошел в мир иной. Но идея коллекции обучающих строительных игрушек для детей под названием Lego сохранилась до наших дней.

Лазарю же Марковичу (Ludovico Lazzaro Zamenhof, на эсперанто), этому мечтателю-утописту и философу-идеалисту из Белостока, спустя энное число веков вопреки Всевышнему таки удалось невозможное: создать искусственный универсальный язык, призванный вновь объединить народы мира. Увы, он не убрал разногласий, не прекратил раздоров и не привнес в жизнь людей неукоснительного соблюдения принципов мирного сосуществования.

Се ля ви.

Стильный оранжевый галстук

От страны по имени «Пионерия», если что и осталось, так это: «Как повяжешь галстук — береги его!..» Далекие годы, таинство принятия в ряды. Красный галстук, символ приобщения неокрепшей детской души ко грядущей всемирной пролетарской революции...

Вы еще помните знаменитое райкинское: «Что главное в туалете? — пуговица!..» Сомневаюсь, однако.

Главным был и остается галстук.

Как свидетельствует энциклопедия, «галстук» в русский язык пришел из Европы, точнее, из Германии. Halstuch, обозначает «шейный платок». Но происхождение собственно «шейного платка» обернуто в замысловатые исторические пеленки.

Во время Тридцатилетней войны 1618-48 г.г., в которую оказалось вовлечено немало европейских наций, французам, большим и во все времена, что надо отметить, модникам, якобы приглянулось, как лихие иноземные кавалеристы повязывали перед сражением на шею платки.

Видимо, для храбрости или устрашения супостата. Французы — как гласит легенда — возьми и поинтересуйся: «Что, откуда, зачем?» Хорваты, — а это были они, — по-французски ни бум-бум, но догадываясь, бодро ответствовали: «Сами мы не местные... хорваты». Cravate, то есть... И пошло-поехало...

Из французского это слово перекочевало уже в европейские языки (нем. Krawatte, исп. corbata, укр. краватка, рум. Cravat, тур.kravat, польск. krawat.)

Согласно другой версии, когда после победы над турецкими янычарами отличившиеся военачальники были приглашены в Версаль, на торжественный ужин к Людовику XIII, у хорватских офицеров на шеях красовались пестрые шелковые платки.

Они настолько поразили воображение короля, что он тут же приказал достать такой же себе. Придворные, — на то они и придворные, — быстро сообразили, что к чему, и мода на украшение вскоре распространилась по всей Франции, а затем начала победное шествие по Европе.